Шикунов Фёдор Иванович

shikunv7

Герой Российской Федерации Шикунов Федор Иванович

69-й Гвардейский истребительный авиационный полк, по праву считался одним из лучших в соединении. В рядах этого прославленного полка Фёдор Шикунов сразу проявил себя отважным и умелым воздушным бойцом. Уже на 3-й день участия в боевых действиях — 7 октября 1943 года — одержал свою первую воздушную победу, сбив разведчик-корректировщик FW-189 (получивший у наших солдат прозвище «рама»).

В октябре-ноябре 1943 года принимал участие в битве за Днепр, в ноябре-декабре 1943 года в Ниднеднепровской наступательной операции, а в 1944 году — в Кировоградской (январь), Корсунь-Шевченковской (февраль), Уманско-Ботошанской (март-апрель) наступательных операциях, в воздушном сражении на подступах к Румынии (апрель-июнь).

Весной 1944 года наши войска вели наступательные бои на Кишинёвском и Ясском направлениях. Запомнилась жестокая схватка с противником в один из апрельских дней. С радиостанции наведения вызовы следовали один за другим. Группы наших истребителей садились, заправлялись горючим, лётчики уточняли задачу и вновь устремлялись в грозное фронтовое небо. В каждом вылете они встречались с «Мессершмиттами», «Фокке-Вульфами», «Хейнкелями», «Юнкерсами» и непременно выходили победителями. В тот день враг недосчитался 15 самолётов, не смог поддержать свои наземные части, а наши 12 машин остались целы.

Многие из тех, кто обеспечивал боевую работу группы, задавали себе вопрос: случаен ли успех советских истребителей? Может быть, в группу входили какие-то особые асы? Нет, успех был вполне закономерен. Документы военной поры, рассказы очевидцев и участников воздушных схваток свидетельствуют: лётчики полка не раз сражались в небе с численно превосходившими силами врага, всегда проявляли невиданное мужество и отвагу, показывали высокое мастерство и снайперскую точность огня.

Прикрывая наземные войска на Ясском направлении 2 мая 1944 года, группа из 4 самолётов, ведомая гвардии лейтенантом Ф. И. Шикуновым (он летел в ударной паре, а гвардии капитан В. И. Чиж — в прикрывающей), вступила в воздушный бой с 8 вражескими истребителями. Советские лётчики сбили 3 самолёта противника (2 — Шикунов, 1 — Чиж) и, не потеряв ни одного своего, вынудили врага повернуть назад. А 5 мая ударная четвёрка Шикунова и прикрывающая четвёрка Чижа в том же районе встретили последовательно одну за другой 2 большие группы бомбардировщиков Ju-87. Вступив с ними в бой, Шикунов, Чиж и Антонов сбили по 2 самолёта, а гвардии младший лейтенант Павлюк — один. Таким образом, 8 наших истребителей уничтожили 7 самолётов противника, опять же не потеряв ни одного своего.

Как ни скупы строки боевых и политических донесений, но из них ясно, что боевой почерк полка, великое искусство лётчиков побеждать врага без потерь или с минимальными потерями вырабатывались непрерывной учёбой, напряжённым трудом.

Летом 1944 года участвовал в Львовско-Сандомирской наступательной операции (июль-август), а осенью — в прикрытии с воздуха Сандомирского плацдарма (сентябрь-октябрь).

К июлю 1944 года Фёдор Шикунов выполнил 128 боевых вылетах, в воздушных боях сбил 18 самолётов противника лично и 1 — в паре. По итогам боевой работы был представлен к званию Героя Советского Союза, но не получил его.

В 1945 году принимает участие в Висло-Одерской (январь), в Нижне-Силезской и в Верхне-Силезской наступательных операциях советских войск (февраль-март).

15 марта 1945 года отважный воздушный боец погиб в районе города Фридевальде (Германия), имея на счету 25 сбитых самолётов противника.

shikunv4

Р-39N-1 «Аэрокобра» гвардии капитана Ф. И. Шикунова из 69-го ГвИАП. Весна 1945 года

«В 6-й бомбардировочной дивизии техники и механики высказали обиду: воюем, мол, воюем, а наградами нас обходят. Жалобу проверили. Всё подтвердилось. Техник Щербина, например, прошёл со своим подразделением по многим фронтовым дорогам, работал безупречно, самолёты эскадрильи ни разу не имели отказов, а его, тем не менее, не удосужились поощрить. Механики Бондарчук, Шаловаленко, Коломиец обслужили более чем по сотне вылетов, но их усердия тоже никто не заметил.

…Во время проверки выяснилось, что даже некоторые лётчики, проявившие себя в боях, не получают вовремя заслуженных наград и званий. Так, командир звена Антонов уже 2 года ходил в звании младший лейтенант.

— Да что я, — сказал он. — Шикунов, командир эскадрильи, 25 самолётов сбил, а выше лейтенанта тоже не поднялся. А Царёв? Замкомэска, на счету 7 самолётов, а тоже, как я, младший лейтенант.

В штабе корпуса я попросил дать справку. Всё, о чём доложил Антонов, подтвердилось.

— Воюем, руки до бумаг не доходят, — повторил начальник штаба не раз слышанную фразу.

— А Шикунова к званию Героя представили?

— Шикунова? — оседлав очками переносицу, он взялся перебирать карточки. — Минуточку… Это мы сейчас проверим. Да, правильно, сбил 25. К Герою не представлялся.

«С таким начальником штаба, — прикинул я, — каши, пожалуй, не сваришь. Он, кроме своих бумаг, ничего другого не видит». Поэтому я тут же связался по телефону с начальником политотдела корпуса и дал ему необходимые указания.

— Подвели кадровики, — сетовал политработник.

— Ну а вы? Как вы могли не знать о таком безобразии?

В политотделе армии мы собрали всех кадровиков, указали некоторым из них на безответственность в оформлении наградных документов, представлений на присвоение очередных воинских званий и предупредили: за невнимание к людям, волокиту с документами будем наказывать вплоть до отстранения от занимаемой должности.

С начальником отдела кадров армии Сидовым состоялся особый разговор. На второй же день все офицеры отдела, в том числе и его начальник, выехали по частям и не появлялись в штабе армии около недели. С наградами и званиями был наведён порядок…»

Строки приведённые выше принадлежат генерал-полковнику авиации А. Г. Рытову, взяты они из его книги воспоминаний — «Рыцари пятого океана».

К сожалению, Андрей Герасимович оказался не совсем прав — свою «Золотую Звезду» Героя Советского Союза Фёдор Иванович Шикунов так и не получил… Лишь в 1998 году указом Президента РФ был посмертно удостоен звания Героя Российской Федерации.

shikunv2Рисунок Ф. И. Шикунова (автор А. Сальников) — цветной вариант известной фотографии, приведённой выше, — использован для оформления вышедшей в 2007 году книги М. Ю. Быкова — «Асы Великой Отечественной. Самые результативные лётчики 1941-1945 гг.»

Несмотря на то, что Михаил Быков указывает на 22 победы лётчика, на самом деле их, очевидно, было не менее 25. Это подтверждается не только (и не столько) воспоминаниями А. Г. Рытова, сколько самой фотографией Ф. И. Шикунова. С помощью нехитрого исправления рисунка — перетаскивания соседних звёзд на борту фюзеляжа «Аэрокобры»- можно получить предполагаемый вид борта самолёта без учёта головы пилота (рисунок справа). И звёзд оказывается — именно 25!..

shikunv525 сбитых Фёдором Шикуновым фашистских самолётов

Об этом человеке писать с одной стороны легко, с другой стороны тяжело. Легко потому, что перед нами храбрый лётчик-ас, любимец всего авиационного полка, командир эскадрильи, награждённый двумя орденами Красного Знамени, сбивший в воздушных боях более 25 вражеских самолётов, человек, который представлялся к званию Героя Советского Союза; тяжело потому, что в силу невыясненных причин он так и не получил этого высокого звания.

Военный журналист, полковник в отставке X. И. Сиджах уделяет большое внимание боевым подвигам своих земляков, воевавших в годы Великой Отечественной войны. Перебирая архивные материалы, он находит интересные материалы, рассказывающие об их героических делах в годы войны. В архиве Министерства обороны СССР он глубоко изучил наградные листы капитана Фёдора Шикунова. В газете «Советская Адыгея» от 21 июня 1991 года и 21 ноября 1991 года были опубликованы статьи полковника Сиджаха, посвящённые прославленному лётчику: «Истребитель» и «Почему герой не Герой».

Истребитель

shikunv9Родился Ф. И. Шикунов в Майкопе в 1921 году в многодетной крестьянской семье, где кроме него росли ещё 2 брата и 3 сестры, работавшие впоследствии на комбинате «Лесомебель». С юных лет Федя страстно мечтал летать. В 1938 году, окончив с отличием среднюю школу № 9, он поступил в Майкопский аэроклуб. Учился юноша с невероятным упорством и настойчивостью и вскоре стал одним из лучших пилотов. А на следующий год он уже курсант Таганрогской военной авиационной школы имени В. П. Чкалова.

Овладевал лётным мастерством Шикунов с присушей ему целеустремлённостью и настойчивостью. В характеристике, утверждённой начальником авиашколы полковником И. Куриленко говорилось, что «Шикунов пройденное усваивает быстро и надёжно. Осмотрительность на земле и в воздухе отличная. Много работает над собой. Стреляет отлично. Физически подготовлен отлично. Пользуется деловым и политическим авторитетом. Лично дисциплинирован, требователен к себе. Энергичен, решителен, инициативен».

В октябре 1940 года Ф. Шикунов по первому разряду (на отлично) оканчивает авиашколу. Ему присваивают звание младшего лейтенанта и, как одного из лучших лётчиков, оставляют в школе на инструкторской работе, где в течение 1,5 лет он готовил лётные кадры, дав путёвку в небо 38 курсантам.

Когда разразилась война, Фёдор Иванович пишет рапорт за рапортом, просясь на фронт. Отпустили его лишь в июне 1942 года, но… в 22-й запасной авиационный полк, где в качестве лётчика-инструктора он вновь готовил пополнение для истребительных частей.

В действующую армию лейтенант Ф. Шикунов попал только 5 октября 1943 года, когда 69-й Гвардейский истребительный авиационный полк, куда он был назначен командиром звена, в составе 304-й (впоследствии 23-я Гвардейская) истребительной авиадивизии прибыл на Степной фронт, войска которого в это время вели ожесточённые бои по расширению плацдармов на правом берегу Днепра южнее Кременчуга.

Боевое крешение Фёдор Шикунов получил 7 октября. Летая ведомым у командира эскадрильи капитана И. Рыбкина, опытного боевого лётчика, грудь которого украшали два ордена Красного Знамени, он совершил за октябрьские дни 35 боевых вылетов, поднимаясь в воздух порой по 2-3 раза в день, и провёл 7 воздушных боёв, в ходе которых надёжно прикрывал своего ведущего от атак противника и обеспечил ему возможность уверенно вести бои и сбить 4 вражеских самолёта.

Открыл счёт сбитым самолётам и Фёдор Иванович, вогнав в землю 2 самолёта. Первую свою победу он одержал 9 октября. Выполняя задачу по прикрытию наземных войск в районе Бородаевки, он обнаружил ФВ-189, который корректировал огонь своей артиллерии. Зайдя со стороны солнца, Шикунов приблизился к противнику и, когда дистанция достигла 100 метров, нажал на гашетки. Но «рама» успела увернуться от атаки советского истребителя и, резко нырнув вниз, перешла в пикирование. Фёдор бросился за ней и, настигнув, с дистанции 50 — 25 метров открыл огонь. Вражеский корректировщик вспыхнул ярким пламенем и врезался в землю.

Свидетельством признания его мастерства и отваги явилось то, что уже через месяц он был назначен заместителем командира эскадрильи и на его груди засверкал орден Красной Звезды. Представляя к первой награде, командир полка полковник И. Кривяков писал, что «…лейтенант Шикунов отлично владеет самолётом, летает смело, осмотрительно, принимает правильное решение, защищая командира в бою, и является лучшим ведомым в полку, оправдывая гордое звание «Щит» ведущего».

Исключительно высоко оценил боевые заслуги Фёдора Ивановича и командир дивизии. При вручении награды он сказал: «Сегодня мы вручаем ордена лучшим лётчикам, отличившимся в боях за нашу Родину, но товарищ Шикунов является лучшим из лучших.»

О том, что Фёдор Шикунов по праву считался лучшим лётчиком в дивизии, свидетельствуют и однополчане. Так, бывший его ведомый В. Васильев, кавалер 6 боевых орденов, проживающий ныне в городе Сумы, в своём письме пишет: «С Шикуновым я летал в паре больше года, вплоть до его гибели. Таких лётчиков, как он, я встречал редко. Он знал, что можно выжать из машины. Его отличали отменная техника пилотирования и внутренняя дисциплина…»

Боевое мастерство Ф. Шикунова росло с удивительной быстротой. К 1 мая 1944 года на фюзеляже его самолёта уже красовалось 17 звёздочек, свидетельствовавших о сбитых им вражеских самолётах. 17! Это — больше, чем целая эскадрилья, уничтоженная одним человеком в воздушных боях, причём за полгода боевых действий.

Успехи Фёдора Ивановича не были случайностью. Ещё в авиашколе, а затем в запасном полку, обучая других, он настойчиво учился и сам, стремясь к совершенству, познанию нового, передового, неизведанного. Он оттачивал искусство владения боевой машиной на любых режимах полёта, учился метко стрелять, изучал все тонкости воздушного боя и лётно-тактические характеристики вражеских самолётов, их уязвимые места. Но настоящее мастерство и опыт пришли к нему, конечно, в ходе боёв, каждый из которых требовал высочайшего напряжения моральных и физических сил, умения и воли. В сложной обстановке воздушного боя Фёдор Иванович никогда не терялся.

Шикунов стал не только признанным асом, но и блестящим командиром, умеющим руководить подчинёнными как на земле, так и в воздухе. Особенно его командирский талант развернулся, когда в апреле 1944 года он возглавил эскадрилью вместо капитана И. Рыбкина, выдвинутого на должность штурмана полка. Глубоко изучая опыт воздушных боёв, он учил лётчиков мужеству и мастерству, требовал проявлять смекалку, инициативу в любой обстановке и не раз повторял незыблемые правила тактики воздушного боя: замечай врага первым, высоту набирай первым, атакуй всегда первым, используя при этом солнце или облачность. Если ты первый, ты — хозяин неба.

Любили лётчики своего командира. За смелость и твёрдость духа, за открытую душу и острое чувство боевого товарищества, за то, что, как вспоминает В. Васильев, он никогда не бросит товарища в беде, всегда придёт на помощь, на выручку. И не было, пожалуй, в эскадрильи лётчика, которому Фёдор Иванович не помог, не пришёл на выручку в трудную минуту. Капитана И. Рыбкина, например, он дважды спас от неминуемой гибели, сбивая при этом стервятников, пытавшихся зайти к нему в хвост. И когда командир эскадрильи попытался было поблагодарить своего подчинённого за выручку, Шикунов не дал ему договорить:

— А разве вы, Иван Маркович, поступили бы иначе, окажись я в подобной ситуации?

Это были не красивые слова. В этом весь Шикунов. Не случайно лётчики эскадрильи под руководством своего командира занимали ведущее место в полку и дивизии по количеству сбитых самолётов. Достаточно привести такой пример. За первые 4 месяца 1944 года полком было уничтожено 80 вражеских самолётов, 41 из которых был сбит лётчиками 3-й эскадрильи. На счету командира значилось 14 стервятников, то есть одна треть.

Каждый бой, проведённый Шикуновым, достоин того, чтобы рассказать о нём, но сделать это в газетной публикации невозможно. Расскажем лишь о некоторых, которые дают наиболее полное и яркое представление о личности Фёдора Ивановича, как воздушного бойца, и раскрывают его морально-боевые качества.

29 ноября 1943 года. Сопровождая группу бомбардировщиков, шестёрка истребителей «Аэрокобра» во главе с лейтенантом Шикуновым встретила в районе Александрии на пересекающихся курсах 18 бомбардировщиков Хе-111 под прикрытием 2 истребителей ФВ-190. Оценив обстановку, ведущий передал по радио младшему лейтенанту А. Еловскому команду продолжать сопровождение бомбардировщиков, а сам с ведомым младшим лейтенантом В. Васильевым, набрав высоту и зайдя, со стороны солнца, внезапно обрушился на «Фоккеров». Но вражеские истребители не приняли бой и, резко взмыв вверх, ушли в облачность. «Хейнкели», оставшись без прикрытия, поспешно сбросили бомбы, не дойдя до наших позиций, и убрались на свою территорию.

А несколько минут спустя, зорко осматривая то переднюю, то заднюю полусферу, Фёдор Шикунов заметил ещё одну группу — около 30 бомбардировщиков Ю-87, шедших бомбить наши войска. Медлить было нельзя, и Фёдор Иванович решительно скомандовал: «Атакуем!».

Дав мотору форсированный режим, он бросил свою «Аэрокобру» навстречу врагу, нацелившись на ведущего группы. Расстояние быстро сокращалось. Чёрно-серый силуэт фашистской машины всё увеличивался в его прицеле. Пальцы плавно нажали гашетки. Огненные трассы кинжалом врезались в тело вражеского самолёта, и тот, завалившись на крыло, камнем пошёл вниз. Шикунов резко взмыл вверх, развернулся и вновь устремился в атаку. Меткая очередь с короткой дистанции, и ещё один «Юнкерс», оставляя густую дымную полосу, рухнул на землю. Третий самолёт был сбит ведомым.

Дерзкое нападение советских лётчиков вызывало среди врагов растерянность. Беспорядочно сбросив свой смертоносный груз, они повернули обратно и ушли. В это время 2 ФВ-190, свалившись из-за облаков, пытались атаковать нашу пару. Шикунов смело принял вызов немецких лётчиков и, мастерски используя преимущества своей «Аэрокобры», повёл бой на вертикалях, но фашисты решили, видимо, не искушать свою судьбу и покинули район боя.

Едва отбив атаку «Фоккеров», Фёдор Иванович увидел ещё одну большую, третью группу вражеских бомбардировщиков Ю-87, которые также шли бомбить порядки наших войск. Не раздумывая, он вновь бросился в атаку и, поймав ведущий «Юнкерс» в перекрестке прицела, нажал на гашетки. Однако пулемёты и пушка его машины безмолствовали. «Кончились боеприпасы», — молнией обожгло сознание. «Что делать? Выходить из боя?» И Фёдор, не считаясь с опасностью для жизни, продолжает атаку… без снарядов и патронов. Завязалась головокружительная воздушная карусель, в ходе которой, как вспоминает В. Васильев, были мгновения, когда он терял командира из виду, хотя обязан был неотступно прикрывать его.

Вспоминая события того памятного боя, Виктор Петрович пишет далее: «Шикунов дал мне команду: «Васильев, атакуй, у меня отказала пушка, я прикрою тебя!» Твёрдо убеждённый, что мой «хвост» прикрыт надёжно, я своё внимание сосредоточил на бомбардировщиках и поддерживаемый Шикуновым, повёл прицельные атаки…» Бой завершился тем, что В. Васильев сбил 2 «Юнкерса», остальные бомбардировщики были рассеяны, и ни одна фашистская бомба не упала на головы наших войск.

Два немецких истребителя Mе-109, неожиданно появившиеся в это время в зоне боевых действий, бросились было на выручку своих бомбардировщиков, но, подвергшись атаке советских лётчиков, вышли из боя и позорно скрылись.

Шикунов догнал своих бомбардировщиков и продолжал их сопровождение. После этого тяжёлого боя с превосходящими силами противника Фёдора Ивановича по праву стали называть хозяином неба и на груди бесстрашного сокола засверкала полководческая награда — орден Александра Невского, как признание мастерства и умения в неравном бою добиться победы малыми силами.

…24 марта 1944 года погода выдалась крайне неблагоприятная. Слегка моросил дождь. Густая облачность и туман, висевшие над землей, ограничивали видимость, но, несмотря на эти сложные метеоусловия, Ф. Шикунов во главе четвёрки поднялся в воздух и вылетел на сопровождение 6 штурмовиков Ил-2, ведомых майором Абуховым, в район Кривое озеро — Любашевка. Подлетая к линии фронта, Фёдор Иванович заметил 15 пикировщиков Ю-87, которые под прикрытием 4 истребителей ФВ-190 стали в круг и начали бомбить наши войска.

Отогнав сначала истребителей, а затем, сделав разворот на 180 градусов, четвёрка гвардейцев стремительно врезалась в строй «Юнкерсов», поливая их огнём из пушек и пулемётов. В скоротечном бою было сбито 3 бомбардировщика, один из которых сгорел от меткой очереди Ф. Шикунова. Остальные бомбардировщики рассыпались и начали поодиночке торопливо уходить на свою территорию.

Продолжая сопровождать штурмовиков, в районе цели неожиданно увидели 10 ФВ-190, которые на бреющем полёте подходили к нашим «Илам». Несмотря на неравенство сил, Шикунов подал команду: «За мной, в атаку!», и увлекая ведомых, бросился на врага. Завязался жаркий бой. Поймав в прицел одного стервятника, Фёдор Иванович сбил его первой же очередью. Прошло ещё несколько мгновений, и второй «Фоккер», прошитый огнём из пушки младшего лейтенанта И. Антонова, падает на землю…

Фёдор Шикунов пользовался доброй славой в дивизии и, как писал в политдонесении начальник политического отдела дивизии подполковник Н. Абрамов, «своей отвагой, мужеством и военным мастерством он вдохновлял весь лётный состав на замечательные боевые подвиги». При этом Фёдор Иванович оставался скромным, уважительным и готовым к самопожертвованию ради боевых товарищей.

Но не суждено было отважному соколу увидеть светлый день Победы. 15 марта 1945 года он погиб, навечно оставшись 23-летним. В этот день он вылетел во главе шестёрки для штурмовки войск противника в районе Фридевальдс. Успешно выполнив поставленную задачу и нанеся врагу большие потери, Шикунов дал команду лётчикам следовать на свой аэродром. И только шестёрка легла на обратный курс, как в самолёт командира эскадрильи угодил прямым попаданием зенитный снаряд и, взорвавшись в воздухе, машина упала на землю…

Тяжело переживали авиаторы потерю своего боевого друга и командира. В тот же день на состоявшемся в полку митинге они поклялись жестоко отомстить врагу за смерть Фёдора Шикунова и сражаться так, как это делал их командир. На самолётах эскадрильи появились надписи «Отомстим за Федю Шикунова!». В полку были вывешены лозунги с призывом: «Лётчики! Бейте врага так, как бил их Шикунов!».

На следующий день за смерть Фёдора Шикунова лётчики полка сбили 5 вражеских самолётов, 2 из которых были на счету его воспитанников старшего лейтенанта И. Антонова и младшего лейтенанта М. Элькина. А всего за оставшиеся дни войны лётчиками полка были сбиты 46 вражеских самолётов.

Армейская газета «Крылья победы», отдавая должное боевым заслугам прославленного лётчика, писала в те дни: «От Днепра и до Одера пронёс герой-большевик капитан Шикунов Фёдор Иванович могучие крылья своего истребителя. Великая душевная сила, простота характера, преданность и любовь к своей Родине — вот бессмертный его облик».

Таков был крылатый богатырь нашей Родины Ф. И. Шикунов. Похоронили Фёдора Ивановича, как написал полковник в отставке Василий Иванович Чиж, в то время помощник командира полка по воздушно-стрелковой службе и много раз летавший с Шикуновым в одной группе, на центральной площади германского города Бриг со всеми воинскими почестями. Прошло 46 лет после войны. Но время не властно над подвигом…

Почему герой не Герой

6 июня 1944 года, как свидетельствуют архивные документы, лейтенант Ф. И. Шикунов первым в дивизии был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза. К этому времени им было совершено 118 успешных боевых вылетов и в 40 воздушных боях сбито 18 вражеских самолётов. Что это значит, какова цена победы в воздухе, знает каждый фронтовик, особенно лётчик. Грудь бесстрашного рыцаря неба украшали ордена Александра Невского и Красной Звезды. Он был единственным в дивизии, кого как лучшего лётчика и активного коммуниста — члена комсомольского бюро полка, ЦК ВЛКСМ наградил Почётной грамотой.

Но шло время. Фёдор Иванович погиб. Победоносно завершилась война. А Указ, которого ждали в полку и дивизии, так и не состоялся. Подлинный герой войны, чей личный вклад в победу над гитлеровскими захватчиками был достаточно весом, чей героизм служил вдохновляющим примером для всего лётного состава дивизии, оказался обойдённым и официально непризнанный Героем.

Между тем многие ветераны дивизии на протяжении долгих лет считали Ф. И. Шикунова Героем и ссылались при этом на журнал «Вестник Воздушного Флота» № 2 за 1958 год (ныне «Авиация и космонавтика»), где в одной из редакционных заметок рассказывалось о боевых делах Фёдора Ивановича и утверждалось, что он удостоен высокого звания Героя Советского Союза. Этот журнал, конечно, авторитетный печатный орган, но в данном случае он опубликовал непроверенный материал и тем самым ввёл читателей, в первую очередь ветеранов полка и дивизии, в заблуждение.

«Откуда вам известно, что Шикунову не присвоили звание Героя? Этого не может быть!» — с недоумением пишет мне Полина Игнатьевна Вершаль, воевавшая с Фёдором Ивановичем в одном полку. До последних дней своих считал Шикунова Героем несколько лет тому назад ушедший из жизни бывший командир 69-го Гвардейского истребительного полка полковник в отставке Николай Кузьмич Кривяков, лично представлявший Фёдора Ивановича к высшей награде Родины.

«Шикунов должен быть Героем», — утверждает и лётчик-пикировщик Герой Советского Союза А. И. Макаренко, проживающий в Волгограде и знавший Фёдора Ивановича по майкопскому аэроклубу и таганрогской авиашколе, где они вместе учились. В ходе Львовско-Сандомирской операции при совместном базировании их полков на одном из украинских аэродромов у него произошла кратковременная встреча с Ф. И. Шикуновым. «Это был уже зрелый воздушный ас, — пишет Алексей Иосифович. — Боевые соратники с теплотой отзывались о нём, как о человеке большой души, преданном друге, бесстрашном воздушном бойце, талантливом командире и с гордостью говорили, что он представлен к званию Героя Советского Союза».

Председатель совета ветеранов 23-й авиационной дивизии полковник в отставке М. И. Чесноков, служивший в годы войны начальником оперативно-разведывательного отделения штаба дивизии и хорошо знавший Ф. И. Шикунова, считает, что в отношении Фёдора Ивановича допущена вопиющая несправедливость.

— Это был действительно лётчик экстракласса, — рассказывает Михаил Иванович. — Он знал, что нужно делать и делал то, что требовалось в данный момент, требуя этого же от своих подчинённых. По долгу службы мне приходилось ежедневно составлять оперативные сводки и различного рода отчётные боевые документы, анализировать и обобщать опыт воздушных боёв, встречаться с лётчиками на разборах боевых вылетов, и редкими были случаи, чтобы мы не рассказывали о Фёдоре Шикунове. Авторитет его среди лётного состава был чрезвычайно высок, и он по праву считался лучшим лётчиком. Ветераны дивизии глубоко сожалеют что Фёдор Иванович не Герой. Это несправедливо.

Невольно возникает вопрос, почему же Ф. И. Шикунов не получил звания Героя? На какой штабной инстанции «застряло» представление на него? Почему оно оказалось нереализованным? Кто виноват в этом? Ответов на эти вопросы пока нет, но поиск продолжается. Если предположить, что Фёдор Иванович скомпрометировал себя впоследствии, оказался недостойным высокого звания, то это исключается. Пока представление «ходило» по штабам, отважный сокол продолжал геройски сражаться, доведя счёт сбитых самолётов до 25. Здесь следует заметить, что этот показатель не смог превзойти ни один лётчик дивизии. Например, майор Н. Прошенков и капитан П. Ефимов, удостоенные в конце войны звания Героя Советского Союза, имели на своём счету соответственно 19 и 18 лично сбитых самолётов.

В июле и октябре 1944 года Ф. И. Шикунов был награждён двумя орденами Красного Знамени и дважды повышен в воинском звании, причём «капитана» он получил досрочно, через 2 месяца, в порядке поощрения. Может, сработала чья-то жгучая зависть или месть? Бывало ведь и такое. Оказывается, такая версия у ветеранов есть, и её выразил совершенно определённо бывший ведомый Ф. И. Шикунова лётчик В. П. Васильев, который написал мне, что Фёдор Иванович не удостоился Героя из-за мести начальника контрразведки дивизии. За что, Виктор Петрович, к сожалению, не объяснил.

Некоторый свет в этом деле, как мне кажется, проливают мемуары генерал-полковника авиации А. Г. Рытова «Рыцари пятого океана». В годы войны генерал являлся членом Военного совета 8-й Воздушной армии, в составе которой некоторое время сражалась 23-я Гвардейская авиадивизия, и в ходе Львовско-Сандомирской операции (июль-август 1944 года) он во главе группы офицеров политотдела армии посетил ряд частей корпуса и дивизии, в том числе 69-й Гвардейский истребительный авиационный полк. Вспоминая события того времени, он указывал: «Во время проверки частей выяснилось, что некоторые лётчики, проявившие себя в боях, не получают вовремя заслуженных наград и званий…» К сожелению, как видим, что порядок так и не был доведён до конца, хотя бы в отношении Фёдора Ивановича Шикунова, который так и не удостоился высшей награды Родины, став, возможно, жертвой выше описанной безответственности кадровых органов.

shikunv8После окончания войны прошло более 46 лет. Но справедливость должна восторжествовать. Вместе с тем возникают новые вопросы, как пишет Сиджах, бывший ведомый Ф. И. Шикунова лётчик В. П. Васильев утверждает, что Фёдор Иванович не удостоился «Героя» из-за мести начальника контрразведки дивизии. Однако, Васильев не подтверждает свои суждения конкретными аргументами. Есть сведения, что были стычки у Фёдора с особистами. X. И. Сиджах более склонен к тому, что Шикунов стал жертвой бюрократической волокиты, связанной с несвоевременным оформлением дела на присвоение звания Героя Советского Союза со стороны штабных работников полка. Он ссылается на книгу генерал-полковника авиации А. Г. Рытова «Рыцари пятого океана».

Мы располагаем и другими источниками. Так лётчик Лещинский, бывший однополчанин капитана Шикунова, написал письмо из Киева сестре Фёдора Ивановича:

«Здравствуйте, дорогая Валентина Ивановна! Не знаю, может Вас удивило, что я разыскивал родственников Феди. Дело в том, что он был и остаётся в памяти и в сердце лучшим другом, боевым товарищем. Я любил Федю, и мне не стыдно в этом признаться, самой крепкой мужской любовью. Он этого заслужил! Его любили многие в полку. Любили не только за то, что он был прекрасным лётчиком-асом. Любили за честность и правдивость, душевность и большое открытое сердце, за его жизнерадостность и весёлый нрав, за исключительную чуткость, доброту, за храбрость, за твёрдость духа и большую волю, за справедливость и непримиримость к трусости и ловкачеству, лжи.

Вас я разыскивал с тем, чтобы поделиться воспоминаниями о Феде, так как в письме, которое я вам написал вскорости после его гибели, невозможно было описать всё то, что я знал о нём. Впрочем, прошло много времени, и я сейчас уже не припомню, что было мною написано. Да и в одном, в двух письмах всего не скажешь.

Я хотел бы передать Вам сохранившиеся фотографии фронтовых времён. Думаю, что для Вас, сестёр, брата и племянников Феди эти фотографии в вашем роду будут священной реликвией. Кроме того, меня так же, как и Вас, мучает вопрос — почему Феде не присвоили звания Героя Советского Союза. Хотя, разыскивая Вас, думал, что ему это звание присвоено, и Вы меня этим обрадуете. А коль это не так, то вам, как близким родственникам следовало бы сделать соответствующие запросы. Я же со своей стороны с радостью окажу Вам помощь, коль потребуется.

И последнее. Я знаю, где был похоронен Федя, так как мне доверилось хоронить друга. У меня заветное желание — побывать у его могилы. Думаю, что Вы разделите со мной это желание. Если так, то давайте вместе ходатайствовать о разрешении на поездку. Вот те причины, побудившие меня Вас разыскивать.

В этом письме хочу Вам сказать о главном. Не вдаваясь особо в подробности, хотелось бы Вас предупредить, что Прошенков был недругом Фёдора, завидовал его боевым успехам. Федя не раз делился со мной о недружелюбном отношении Прошенкова к нему. Тогда они были на равных правах, оба были командирами эскадрилий. Третья эскадрилья, которой командовал Федя, была в полку одна из лучших по всем видам боевой подготовки. Федя, будучи ранее до прихода в полк инструктором, имел опыт подготовки лётного состава, сумел в короткий срок молодых лётчиков, пришедших из училищ, выучить в грозных воздушных бойцов. Сдруженный им коллектив имел на счету наибольшее количество боевых вылетов, сбитых самолётов противника и наименьшее количество потерь в живой силе и технике. У Прошенкова дела были значительно хуже и его бесила зависть. И уже после гибели Феди его назначили командиром полка, и ожидать от него особого рвения и старания присвоить Феде посмертно звания Героя Советского Союза ожидать было бы бессмысленно. Я Вам высказываю своё личное мнение. Может быть это от него не зависело, как знать. Но отношения Фёдора с Прошенковым Вам надо иметь в виду.

Дорогая Валентина Ивановна! Я считаю, что справедливость должна восторжествовать! Во имя доброй памяти Вашего брата, прошу Вас, напишите подробное письмо в Главное управление кадров Министерства Обороны СССР, в отдел по присвоению воинских званий офицерским кадрам и награждениями. Приложите копию ответа Прошенкова и копию листовки, выпущенную штабом полка по случаю гибели Феди (я её вам высылаю).

В листовке чётко сказано о его боевой работе, что, безусловно, даёт право, согласно существующему положению на присвоение звания «Героя Советского Союза», тем более посмертно. О результатах прошу сообщить мне.

Федю похоронили на одной из площадей города Бжег (в то время город Бриг) Опольского воеводства Польской Народной Республики. Запросите Президиум Народного Совета города Бжег — сохранилась ли могила Феди и, если же он был перезахоронен (а эти мерпориятия проводились почти во всех воеводствах Польши), то указать, где в настоящее время его могила и её номер. Результат прошу сообщить мне.

Посылаю Вам три фотографии. Две фотографии Феди были сделаны фронтовым корреспондентом у самолёта Феди. Самолёт «Аэрокобра» на двери кабины орден Александра Невского и 25 звёзд (количество сбитых им самолётов противника). Номер самолёта 21 — его постоянный номер машины.

Групповой снимок делал я. На фотографии лётчики 3-й авиаэскадрильи во главе с Федей, сзади в шапке начальник штаба полка подполковник Калашников. В шлеме его ведомый Виктор Васильев. Возле Феди сзади командир звена Иван Антонов. Рядом с Федей в шапке Вася Трандил, принявший эскадрилью вскорости после гибели Феди. Сзади Васильева (в фуражке) Вильямс. Отмеченные крестиками сверху молодые лётчики погибли в боях до гибели Феди. Позже я вышлю Вам ещё пару фотографий, свою и его товарищей.

Дорогая Валентина Ивановна! Напишите, что Вас именно интересует знать о Феде, так как всё это никак не вместить в письмах. С радостью напишу Вам, что Вас будет интересовать. Пишите о результатах ваших запросов. Передайте привет от моего имени вашим сёстрам, брату и племянникам Феди. Извините за задержку письма, на это были причины, от меня не зависящие.

3 августа 1975 г.»

При подготовке данной книги к изданию стало известно, что председатель комитета ветеранов Майкопского аэроклуба Г. П. Шапошников обратился к Президенту Республики Адыгея Джаримову А. А. с просьбой выйти с ходатайством к Президенту Российской Федерации Ельцину Б. Н. по вопросу присвоения Фёдору Ивановичу Шикунову звания Героя Российской Федерации. Ходатайство президента Адыгеи было принято руководством Министерства обороны России, и было поддержано. Многочисленные боевые друзья, однополчане, родственники надеются, что, наконец-то, восторжествует справедливость и Ф. И. Шикунову будет присвоено звание Героя Российской Федерации.

(Из материалов книги М. Х. Шебзухова — «Сыны и дочери Адыгеи в Великой Отечественной».  Майкоп, 1995 г.)