2-й гвардейский Краснознамённый Оршанский ордена Суворова III степени бомбардировочный авиационный полк

.

pic_1История 2-го гвардейского Краснознаменного Оршанского ордена Суворова III степени бомбардировочного авиационного полка восходит ко временам Гражданской войны, хотя письменных свидетельств о номере и боевом пути авиационного отряда, который в конечном итоге стал авиационным полком, в документах 2-го гбап не сохранилось. Известно, что после окончания Гражданской войны этот авиационный отряд был преобразован в 65-ю отдельную авиационную эскадрилью.

В 1932–1936 г.г. 65-й авиаскадрильей командовал А. Захаров, с 1937 г. по 14 мая 1938 г. — старший лейтенант П.В. Рычагов, ставший накануне Великой Отечественной войны заместителем наркома обороны СССР по авиации и расстрелянный 28 октября 1941 г. Командование ВВС РККА поручало эскадрилье выполнение сложных и ответственных заданий — испытания с истребителей реактивных снарядов, парашютов новых конструкций.

14 мая 1938 г. в Киеве в составе 69-й истребительной авиационной бригады на основе 65-й, 134-й и 36-й истребительных авиаэскадрилий сформировали 23-й истребительный авиационный полк на истребителях И-15. Первым командиром 23-го иап стал полковник Янсек. 26 мая 1938 г. полк перебазировался на аэродром Скоморохи Житомирской области, где и дислоцировался до сентября 1939 г. В июне 1938 г. из лучших летчиков полка сформировали отдельную эскадрилью (командир старший лейтенант Доброскокина), которую отправили в Китай для «для оказания помощи китайскому народу в борьбе против японских захватчиков».

В марте 1939 г. две эскадрильи 23-го полка перевооружили истребителями И-16. С сентября 1939 г. полк в составе 69-й истребительной авиабригады принимал участие в освободительном походе Красной Армии на Западную Украину. В этой кампании полк принял участие полным составом, выполняя задачи по разведке и прикрытию своих войск. Полк базировался на аэродромах Судилков, Клембовка, Окопы, Млынов, Рачин, Луцк. С октября 1939 г. местом дислокации 23-го иап стал Скнилув (Львов).

В октябре 1939 г. все эскадрильи 23-го иап получили истребители И- 153, а в конце зимы 1939–1940 гг. личный состав вместе с техникой перебросили на север — полк принял участие в советско-финской войне. Перебазирование на Карельский перешеек началось 17 февраля 1940 г. и проходило в чрезвычайно трудных условиях. Железнодорожная станция находилась в 5 км от аэродрома, а погрузку техники в эшелоны в целях сохранения требовалось провести всего за одну ночь. Приказ выполнили невзирая на мороз в -30 °C. Разгрузка и сборка материальной части производилась в Ленинграде, откуда самолеты перегонялись на фронтовой аэродром Бабошино «своим ходом».

pic_2В период боевых действий с 3 по 13 марта 1940 г. в составе 25-й истребительной авиабригады технический состав обеспечил бесперебойную работу материальной части, хотя морозы доходили до -40 °C. Летчики делали по пять-шесть боевых вылетов в день. В проведенных воздушных боях было сбито четыре самолета противника, собственные потери составили один самолет. 23-й иап возвратился с Северо-Западного фронта, на старое место дислокации во Львов 2 апреля 1940 г., а уже в начале мая вышел в лагерь Ольшаника. К нормальной мирной учебе личный состав полка смог приступить только в августе 1940 г. Из-за событий, связанных с присоединением к СССР Бессарабии, полк перебросили к границе с Северной Буковиной. С 15 июня по 9 июля 1940 г. 23-й иап находился в боевой готовности, базируясь на аэродромах Семенов, Поповец, Борыдев. В июле полк вернулся во Львов.

Одной из важнейших задач, поставленных командованием перед летчиками полка, стало овладение ночными полетами — в конце лета 1940 г. полк летал едва ли не круглосуточно. Обычно эскадрилья, летающая в первую смену днем, летала и в первую смену ночью. Первыми ночью вылетели летчики-коммунисты: Дроздов, Монастырский, Пройденко, Федотов, Григоренко. Ночными полетами овладел весь личный состав, после чего полк стал именоваться ночным. Забегая вперед, стоит отметить, что в годы Великой Отечественной войны именно ночников с опытом очень и очень часто не хватало полку, да разве ему одному! Зимой 1940–1941 гг. боевую подготовку полк совершенствовал в лагере Куровице. Личный состав, что увы, для отечественных вооруженных сил было традиционно, преодолевал «тяготы и лишения воинской службы»: зимой в лагере летчики и техники жили в летних палатках. Из зимнего лагеря полк в апреле перебазировался на полевую площадку Адамы в летний лагерь, где началось переучивание с бипланов И-15 и И-153 на новейший истребитель МиГ-3. К началу войны с Германией на МиГи переучился весь летный состав, а 11 летчиков первыми в ВВС Красной Армии вылетели на этом самолете ночью.

Благодаря упорной и настойчивой работе личного состава, полк в 1940 г. завоевал первое место в ВВС Киевского Особого Военного округа. За отличные успехи в обучении и воспитании личного состава командир эскадрильи старший лейтенант Дроздов был награжден орденом Красная Звезды. В мае 1940 г. 23-й иап посетил Главный Инспектор РККА Маршал Советского Союза С.М. Буденный. Проверяя боевую готовность дежурного звена, маршал объявил боевую тревогу, а с другого аэродрома поднял в воздух самолет с воздушной мишенью — «конусом». Командир звена Г. Хмелевский расстрелял «конус» в клочья. За отличное выполнение воздушной стрельбы и высокое летное мастерство С.М, Буденный наградил Хмелевского именными золотыми часами.

pic_3

Комиссар полка майор В.В.Власов

Великая Отечественная война началась для 23-го иап в 3 ч 15 мин 22 июня 1941 г. с пролета над аэродромом Адамы германского разведчика Ju-88. В 3 ч 45 мин в полку была объявлена тревога, а в 4 ч на летном поле разорвались первые сброшенные немцами бомбы. На 22 июня 1941 г. 23-й иап входил в состав 15-й смешанной авиадивизии, был полностью укомплектован личным составом и имел на вооружении 45 истребителей МиГ-3 и 12 И-153.

22 июня германская авиация бомбила аэродром Адамы от трех до шести раз (в воспоминаниях ветеранов и документах приводятся разные цифры количества налетов) — на отражение второго и последующих налетов взлетали истребители; один бомбардировщик сбили летчики Задворнов и Пойденко, германский самолет упал на землю в районе деревни Каменка. Всего 22 июня летчики 23-го иап сбили четыре самолета противника. Все истребители полка были рассредоточены по границе аэродрома, поэтому серьезного ущерба полку налеты люфтваффе в первый день войны не причинили, хотя потери имели место быть как в технике, так и в людях: погибли летчик Хмелевский и механик Дударь, два истребителя были уничтожены, шесть повреждены. Другие полки 15-й сад понесли от налетов очень серьезные потери, а потому вся тяжесть боевой работы в первые военные дни легла на 23-й иап — летчики выполняли по шесть-семь боевых вылетов в день.

Восстановить достоверную картину того первого, страшного, дня войны сегодня уже вряд ли возможно. В написанном на основе документов и воспоминаний ветеранов в середине 1960-х гг. «Боевом пути гвардейского Краснознаменного Оршанского ордена Суворова III степени авиационного полка» есть следующая запись:

— Внезапное нападение не застало полк врасплох. Все исправные боевые самолеты успели подняться в воздух и успешно отражали налеты авиации противника. Техники и мотористы под бомбежкой и обстрелом противника самоотверженно готовили материальную часть к боевым вылетам.

В период действий на Юго-Западном фронте летчики 23-го иап в воздушных боях сбили 28 самолетов противника, уничтожили большое количество техники и живой силы противника. Всего было произведено 790 боевых самолетовылетов с налетом 697 часов 26 мин. Полк последовательно базировался на аэродромах Адамы, Куровице, Зубов, Дворец, Троповка, Носовка. За месяц боев полк лишился 44 самолетов, 30 из которых противник уничтожил на аэродромах. Приказом по Юго-Западному фронту № 06 от 15 июля 1941 г. полк на аэродроме Носовка под Киевом сдал материальную часть в 28-й иап, выбыл из 15 САД и железнодорожным эшелоном убыл на доукомплектование в станицу Крымская, откуда был перебазирован для переформирования в г. Рассказово Тамбовской области. «Старый» 23-й иап четырехэскадрильного состава разделили на два полка двухэскадрильного состава, командир 23-го иап полковник Сидоренко получил под свое начало 28-й иап.

Де-факто полк формировали заново. Из летчиков 23-го иап осталось всего четверо: командир полка капитан (в ходе формирования получил воинское звание майор, ранее командовал 4-й эскадрильей 23- го полка) Метелкин, военный комиссар полка старший политрук Власов, капитан Некрылов и лейтенант Чуланов, остальные летчики вместе с 28-м иап убыли в состав ПВО Москвы. Полк пополнился 14 молодыми летчиками без боевого опыта и двумя опытными воздушными бойцами — майором Угрюмовым и капитаном Андреевым.

pic_4

Летчики 23-го иап накануне войны освоили истребитель МиГ-3 в полном объеме

По окончанию формирования, 15 сентября 1941 г., 23-й иап был переименован в 526-й иап, но за полком сохранилось Боевое знамя 23-го иап. На вооружение двух эскадрилий поступили 20 истребителей МиГ-3. Как получали МиГ-3, вспоминал инженер полка капитан Лелёкин. При перебазировании в Рассказово инженер заболел дизентерией, а после выздоровления оказался на пункте сбора в Москве:

— Там случайно встретил пять человек летчиков во главе с зам. командира полка, которые прибыли на 1-й завод за самолетами МиГ-3. Завод в это время эвакуировался из Москвы. Все оборудование почти было вывезено на Урал. Я, как сейчас помню, нашел военпреда полковника Кутузова и говорю ему, что к вам прибыли за самолетами, а он отвечает — завод уже не работает давно. Но на границе аэродрома есть 10 МиГ-3, новых, подготовленных к уничтожению: если хотите, дам вам трактор, масло; вытаскивайте, осматривайте, готовьте к полету и улетайте скорее.

Все МиГ-3 я лично осмотрел, моторы опробовал, выполнил регламентные работы, заправил горючим, маслом, водой и выпустил в полет своих летчиков.

Перед отправкой на фронт до личного состава довели приказ Наркома обороны о преобразовании особо отличившихся в боях за Родину частей РККА в гвардейские. Приказ был зачитан перед строем полка. На митинге, посвященном этому приказу, личный состав обязался бить фашистов так, как бьют их первые гвардейские части и самим встать в ряды Советской Гвардии. Цинично говоря, обычный для тех лет митинг, обычные лозунги, но в отличие от многих других частей летчики и техники 526-го иап свои обещания выполнили в полном объеме и в короткий срок.

1 октября 1941 г. 526-й иап перебазировался на Северо-Западный фронт и вошел в состав ВВС 52-й армии, которая 17 октября 1941 г. вошла в состав Волховского фронта. Перебазирование выполнялось в сложных метеоусловиях с пятью промежуточными посадками, но через двое суток все самолеты сосредоточились на аэродроме Коломенка в районе г. Боровичи. Техникам перебазирование далось еще труднее, чем летчикам. Для переброски технического состава выделили один транспортный Дуглас, выполнивший всего два рейса. Забрать всех и всё самолет, понятно, не смог. Железнодорожный эшелон не выделили вовсе. 60 % техников добиралось до Москвы пассажирскими поездами, а из Москвы до аэродрома Коломенка на попутках (!): «Только благодаря высокой дисциплине, спайке, организованности и высокой требовательности командиров, глубокому пониманию своего долго перед Родиной, личный состав своевременно прибыл к месту базирования полка и приступил к выполнению боевых задач».

С аэродрома Коломенка полк производил разведку противника и штурмовку его войск на марше, на переднем крае, в узлах сопротивления. Летчики полка производили в день по три-пять боевых вылетов. Большое количество вылетов было произведено но разведку целей. 6 декабря 1941 г. приказом Народного Комиссара Обороны СССР 526- й истребительный авиационный полк был преобразован во 2-й гвардейский истребительный авиационный полк.

Гвардейское знамя личному состава полка вручил 19 января 1942 г. на аэродроме Веребье (Волховский фронт) комиссар штаба ВВС Красной Армии бригадный комиссар Галичев.

ПРИКАЗ

НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР № 348

СОДЕРЖАНИЕ: О преобразовании 526-го истребительного авиационного полка в гвардейский полк.

6 декабря 1941 г. город Москва

526-й истребительный авиационный полк в боях за нашу Советскую Родину против гитлеровских захватчиков показал образцы мужества, отваги, дисциплины и организованности.

За время боев с 3.10 по 8.11.41 г. полк произвел 977 боевых вылетов при налете 873 часов. В воздушных боях сбил 16 самолетов противника, уничтожил около 2000 человек пехоты, 39 пулеметных точек, 7 минометных батарей, 2 склада боеприпасов.

На основании изложенного и в соответствии с постановлением Президиума Верховного Совета СССР Ставка В.Г. К. приказывает.

1. За проявленную отвагу в боях, за мужество и героизм личного состава переименовать 526 ИАП во 2-й гвардейский ИАП. Командир полка майор Метелкин. Комиссар старший политрук Власов.

2. В соответствие с постановлением Президиума Верховного Совета СССР указанному полку вручить гвардейское знамя.

3. Всему начальствующему старшему, среднему и младшему составу с декабря 1941 г. установить полуторный оклад, а бойцам двойной оклад содержания.

4. 2-й гвардейский ИАП расширить и перевести на новый штат в составе 3-х АЭ.

5. Приказ объявить всему личному составу ВВС Красной Армии.

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ОБОРОНЫ СССР И. СТАЛИН

С начала войны до 23 февраля 1942 г, полк произвел: 2098 самолетовылетов, налетал 1884 часа, из них:

— на разведку и штурмовку войск противника — 407 самолетовылетов с налетом 359 часов 51 минута;

— по войскам и аэродромам противника — 88 самолетовылетов с налетом 99 часов 19 минут;

— на сопровождение штурмовиков и бомбардировщиков — 488 самолетовылетов с налетом 447 часов 37 минут;

— на отражение налетов авиации противника на свои аэродромы — 385 самолетовылетов с налетом 403 часа 20 минут;

— на прикрытие войск на поле боя — 121 самолетовылет с налетом 118 часов 42 минуты;

— на прикрытие своих войск в нашем тылу — 345 самолетовылетов с налетом 283 часа 56 минут.

Над территорией противника сброшено более двухсот тысяч газет и листовок.

За восемь месяцев войны было уничтожено: 569 грузовых и 13 легковых автомашин, 17 танков и танкеток, пять бронемашин, 16 орудий на мехтяге, 11 тракторов и прицепов, 78 зенитно-пулеметных точек, 180 строений с засевшими в них немецкими солдатами и офицерами, четыре паровоза, 16 вагонов, 21 миномет, шесть мотоциклов, 197 лошадей, 106 повозок, семь автоцистерн с горючим, 13 зенитных орудий, два склада с боеприпасами. Штурмовыми действиями полка было убито и ранено более 6650 солдат и офицеров противника. В воздушных боях и на аэродромах уничтожено 52 самолета противника. За проявленное в боях с немецкими фашистами отвагу и мужество, 63 человека в полку были отмечены правительственными наградами, в том числе ордена Ленина были удостоены капитан Андреев В.Д., капитан Некрылов А.Я. и лейтенант Иващенко И.М.

К 1 апреля 1942 г. из летчиков- «первогвардейцев» в полку остались только командир гв. подполковник Метелкин и комиссар полка батальонный комиссар Власов. Погибли гв. капитаны Андреев и Некрылов, гв. ст. лейтенант Иващенко, гв. лейтенанты Галактионов, Рыбаков, Мальцев, Козин, Мусатов, Чуланов. 30 мая 1942 г. в воздушном бою, прикрывая свои бомбардировщики, погиб командир пока подполковник Метелкин. Новым командиром полка стал Е.Ф. Кондрат, воевавший с фашистами еще в Испании. Летный состав доукомплектовали из других полков, которые отводились в тыл на переформирование. Самолеты на доукомлектование также поступили из других частей, из-за чего в апреле 1942 г. полк располагал истребителями трех типов — ЛаГГ-3, МиГ-3 и Як-1. Самыми массовыми являлись ЛаГГ-3 — на пике их количество достигло 19 машин. Самолетов не хватало, техники проявляли чудеса изобретательности, ремонтируя поврежденные машины. С сентября 1941 г. по июнь 1942 г. полк не получил ни одного нового истребителя. Из воспоминаний инженера полка Лелёкина:

— Это был самый трудный период для технического состава нашего полка. …Очень часто приходилось эвакуировать подбитые самолеты с мест вынужденных посадок, из болот (мы их даже называли «болотными ЛаГГами»), …при посадке с убранным шасси сильные повреждения получает нижняя часть фюзеляжа. Поэтому старались принять все меры, чтобы при эвакуации не отломать хвост самолета. И вот такой самолет, у которого отломана вся нижняя часть до половины фюзеляжа, доставленный на аэродром, очень быстро и доброкачественно восстанавливали личным составом полка. В мирное время такой самолет не взялся бы ремонтировать ни один ремонтный завод ВВС.

11 августа 1942 г. распоряжением Начальника формирований и укомплектования ВВС КА полк убыл с Волховского фронта в город Сейм, во вторую запасную авиабригаду, на доукомплектование и получение новой материальной части. Командир полка вылетел на У-2 в Москву для уточнения ситуации с получением новых самолетов. Гвардейцам фактически предложили любые истребители на выбор: Як-1, Як-7 «Аэрокобра» или Ла-5. Полковника Кондрата больше всего заинтересовал Ла-5. Командование дало возможность командиру ознакомиться с новейшим на тот момент советским истребителем в НИИ ВВС в Чкаловской. «…самолет Ла-5 как раз в это время выполнял полет и в воздухе он произвел хорошее впечатление: скорость, мощность двигателя, мотор двухрядная звезда воздушного охлаждения, а это большой плюс в воздушном бою. На этом мы и остановились. …Летно-технический состав без колебаний согласился с моим решением», — писал генерал-майор Е.Ф. Кондрат в своих неопубликованных воспоминаниях.

На аэродром в Сейм новенькие Ла-5 перегоняли летчики запасной авиабригады, которые обратились к командиру 2-го гиап с просьбой об «откомандировании в распоряжение 2-го гвардейского полка». Командование запасной бригады было настроено решительно против, но Кондрату удалось «решить вопрос», чему в немалой степени способствовало изменение штата полка с двухэскадрильного на трехэскадрильный. Полк пополнился опытными пилотами, правда не имевшими боевого опыта: Косолаповым, Славгородским, Биуикиным, Моргиным, Большовым, Резниковым, Зенковиком и Гориповом.

В сентябре 1942 г. полк приказом Ставки ВГК вошел в состав 215-й истребительной авиадивизии 2-го истребительного авиакорпуса резерва Ставки ВГК. Дивизией командовал дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант Кравченко, корпусом — генерал-майор Благовещенский — по званию комдив был старше комкора, но в 1941–1941 гг. подобные вещи случались не так уж и редко.

18 октября 1942 г. по приказу командира 215-й иад полк в составе 34 самолетов Ла-5 перелетел на аэродром Внуково, а 22 октября 1942 г. перебазировался на аэродром Белейка (по словам Кондрата «просто поляна в лесу»), Калининский фронт. С аэродромов Белейка, Ям и Столыпино полк вел боевые действия в составе 215-й иад до 28 декабря 1942 г. За время боевых действий на Калининском фронте полк произвел 351 боевой вылет, провел четыре воздушных боя, в которых было сбито четыре самолета противника. Свои потери: один летчик и один самолет.

Боевой счет на Калининском фронте открыли гвардии лейтенант Славгородский и гвардии сержант Фонарев. 11 ноября 1942 года в 16.00 летчики выполняли боевую задачу по прикрытию аэродрома Белейка, барражируя на высоте 1 ООО- 1500 метров. В это время с юга на станцию Земцы на высоте 1000 метров подошли 11 Ju-88 под прикрытием четверки Bf. 109F. Обнаружив противника, лейтенант Славгородский атаковал его. Обстреляв короткими очередями два Ju-88, Славгородский выпустил длинную очередь с дистанции 100-70 метров в ракурсе ¼ по кабине и мотору третьего бомбардировщика, который загорелся и упал в 5 км южнее станции Земцы. Славгородский при выполнении атаки сам попал под удар пары мессеров, но боевым разворотом оторвался от противника. Сержант Фонарев произведя две атаки по двум бомбардировщикам противника, тремя короткими очередями обстрелял еще один «Юнкере» — летчик наблюдал попадания в левый мотор бомбардировщика. Атаки пары Лавочкиных деморализовали противника и не позволили ему отбомбиться прицельно.

Две декады полк находился в боевой готовности, получая ежедневно боевые задачи, но из-за плохой погоды истребители в воздух поднимались редко. За это время было выполнено 143 боевых вылета с налетом 110 часов 11 минут:

— на прикрытие своих войск и сопровождение самолетов — 27 часов;

— на перехват бомбардировщиков противника — два вылета;

— на разведку погоды — 16 вылетов.

— проведено три воздушных боя с общим участием с нашей стороны 11 ЛА-5, со стороны противника четырех Bf. 109 и Ju-88, в результате которых сбиты один Bf. 109F и один Ju-88. Собственные потери: один Ла-5 и летчик, гвардии лейтенант Булкин.

В январе 1943 г. в преддверии начала операции про снятию блокады с Ленинграда полк сосредоточился на аэродроме Шум. В ходе операции произведено более 300 боевых вылетов и 27 воздушных боев, в которых было сбито 33 самолета противника.

Напряженная боевая работа началась с установлением 14 января 1943 г. ясной погоды. В 13 ч 10 мин взлетела шестерка Ла-5 гв. капитана Соболева с задачей прикрыть боевые порядки наступающих частей 3-й ударной армии в районе Синявинских болот. При выполнении боевого задания шестерка сначала сорвала две атаки мессеров (по всей видимости, «охотников»). При отражении второй атаки гв. капитан Соболев сбил ведущего пары Bf. 109F, но при этом был сам атакован Fw 190. «Фоккера» сбил ведомый командира Марин. В разгоревшемся воздушном бою Соболев сбил еще одного «мессера». В бою с шестеркой Ла-5 в общей сложности приняло участие восемь Bf. 109F и Fw 190. Сбиты один фоккер и два мессера, собственные потери — один Ла-5, летчик гв. старший лейтенант Марин благополучно покинул самолет с парашютом.

В тот же день результативный бой провела пара в составе гв. старшего лейтенанта Резникова и гв. лейтенанта Косолапова, атаковавших шедший под прикрытием пары Bf.l 09F двухмоторный Bf. 110. Косолапое сбил 110-го в третьей атаки огнем в упор с дистанции 20–15 м. Резников в это время связал боем пару «худых» и сбил одного 109-го.

Похожий «по содержанию» воздушный бой провели 22 января гв. младшие лейтенанты Майоров и Зубченок, перед которыми поставили задачу «истреблять авиацию противника над полем боя». На встречных курсах гвардейцы обнаружили один 110-й под прикрытием пары 109-х. Ведущий пары Ла-5 Майоров с полупереворота атаковал ведомого Bf. 109F и сбил его на дистанции 50 м. «Мессер» упал в 3–4 км юго-восточнее населенного пункта Отрадное. Уцелевшие самолеты противника ушли в облака. Вскоре Майоров заметил южнее и ниже себя пару Як-7, ведущих на виражах бой с одиночным Fw 190, а в это время в стороне от Яков другой «фоккер» пытался атаковать пятерку штурмовиков Ил-2. Оценив воздушную обстановку и убедившись, что наибольшей опасности подвергался Як-7, в хвосте которого сидит Fw 190, Майоров решил выручить товарища. Используя свое преимущество в высоте, Майоров внезапно с дистанции 20–15 м расстрелял Fw-190. Немец беспорядочным падением пошел к земле. Его провожали освободившиеся от «карусели» два Як-7, Майоров же, выйдя из атаки боевым разворотом, начал искать второго «Фоккера», но его уже не было. Все пять Ил-2, выполнив задание, шли курсом на восток.

Тактически грамотно был проведен воздушный бой 23 января 1943 г. Станция наведения 215-й дивизии вызвала истребителей для уничтожения приближающихся бомбардировщиков противника. Ударную группу Ла-5 повел командир полка гв. подполковник Кондрат (ведомые гв. капитан Соболев и гв. старший лейтенант Резников). Прикрывающую пятерку Ла-5 возглавил гв. старший лейтенант Пушкин. Лавочкины подошли к линии фронта практически одновременно с германскими самолетами. В первой атаке Кондарат повредил Ju-87, который ушел со снижением в южном направлении. Во второй атаке Соболев и Кондрат сбили по «Юнкерсу». Уцелевшие пять Ju-87, не сбросив бомбы, ушли на контролируемую германскими войсками территорию. В боевом донесении особо отмечен Резник: «Замечательную выдержку в этом бою проявил гвардии старший лейтенант Резник. Несмотря на великий соблазн атаковать фашистских бомбардировщиков, он зорко следил за работой своих командиров, оберегал их от возможных неожиданностей за все время боя с бомбардировщиками». Характерно и то, что в процессе всего воздушного боя, проходившего на высоте 100-1500 м, на высоте 4000–4500 метров барражировали четыре Bf. 109F, но на выручку своим бомбардировщикам прийти не рискнули из-за опасения попасть под удар сковывающей пятерки Ла-5. Бой, как представляется, может быть интересен любителям подсчета личных побед асов: Соболев и Кондрат, без сомнений, одержали личные победы по факту, но групповые по сути!

В конце января гвардейцы регулярно летали на отражение налетов бомбардировщиков противника на наши войска. Как правило, бомбардировщики сопровождали истребители и в воздухе завязывались ожесточенные бои. Всего было проведено шесть воздушных боев, в которых сбито восемь самолетов противника. Собственные потери составили четыре Ла-5 и четыре летчика (двое убиты в воздушных боях, один пропал без вести, один тяжело ранен).

26 февраля 1943 г. полк получил приказ командира 215-й иад о перебазировании на аэродром Луги Калининского фронта с промежуточной посадкой на аэродроме Хвойная. Перебазирование наметили на 27 февраля. Утром, в 9 ч 7 мин. гв. лейтенант Федоренко взлетел на облет Ла-5 после ремонта мотора. Уже перед посадкой Ла-5 атаковал неожиданно появившийся из облаков Fw 190, Федоренко на предупреждения с земли об опасности не среагировал — горящий Ла-5 вместе с летчиком упал в районе аэродрома.

4 марта 1943 г. полк перелетел на аэродром Выдропужск для получения новой материальной части, отдыха личного состава, доукомплектования и тренировки молодых летчиков. 28 марта полк принял новый командир полка майор Е.А. Зверев, а гв. полковник Кондрат получил новое назначение и убыл в Москву. В конце марта прибыло пополнение — молодые летчики имели налет на Ла-5 всего по 5–6 ч: «Слабая летная подготовка… требовала напряженной настойчивой работы». Между тем, с наступлением весны аэродром раскис, а сильные боковые ветра сильно осложняли посадку на узкую полосу (желающие могут и сегодня побывать на этом аэродроме, оценить его пригодность — прямо перед поселком Выдропужск, правее заправки на автотрассе Москва — Санкт-Петербург). В Выдропужске в марте 1943 г. базировались еще и полки 526-й иад.

Приказ командира дивизии от 25 апреля 1943 г., прервал тренировки. Предстояло перебазирование на аэродром Воронеж. Передовая команда вылетела в Воронеж на Ли-2 26 апреля, 31 Ла-5 перелетел 27 и 29 апреля с промежуточной посадкой в Рязани. Полностью перебазирование полка завершилось ко 2 моя. На аэродроме Воронеж личный состав получил боевую задачу — дежурить для уничтожения разведчиков и бомбардировщиков в районе Воронежа, проводить дальнейшие тренировочные полеты.

Первый воздушный бой с аэродрома Воронеж провели 4 мая гв, лейтенанты Коновалов и Зубченок, взлетевшие на перехват высотного разведчика. Самолет противника сбить не удалось, а раненый гв. лейтенант Зубченок разбился при выполнении посадки.

6 мая 1943 г. приказом командира 2-го истребительного авиакорпуса полк принял командир 1-й эскадрильи гв. капитан А.П. Соболев, гв. майор Зверев ушел на повышение — стал заместителем командира 215-й иад. 15 и 16 мая, полк в полном составе перелетел с аэродрома Воронеж, на аэродром Кшень Степного военного округа, а 29 мая снова сменил место дислокации — перелетел на аэродром Красный Гай с целью усиления группировки наших войск на северном фасе Орловского выступа.

18 мая, после 20-ти дневного пути железнодорожным эшелоном прибыл весь личный состав и имущество. Полк в полном составе приступил к боевой работе — дежурству на аэродроме. Продолжились и тренировки летного состава. 29 мая полк получил приказ о перебазировании на аэродромы Курово, Рысня. Сложившаяся обстановка в районе Курска и Орла потребовала усиления группировки наших войск, расположенных по Северной части Орловского выступа. Аэродром Красный Гай представлял собой узкую и неровную, жесткую полоску, расположенную в лесу. Посадка на него требовала большой точности и внимания, чего порой не хватало молодым летчикам — дважды при посадках были погнуты винты у Ла-5: «Летный состав разобрал ошибки товарищей и больше подобных фактов не повторилось». Полк получал боевые задания на прикрытие наших войск в районе городов Киров, Сухиничи, на сопровождение бомбардировщиков Пе-2.

8 июня перед полком поставили ответственную задачу; провести разведку аэродрома Сеща и сопровождать крупные силы бомбардировщиков Пе-2 в налете на эту крупную базу люфтваффе. «Командир полка, гвардии капитан Соболев, командиры эскадрилий и партийно-комсомольская организация, сделали все, для обеспечения боевого вылета. Аэродром Сеща, хорошо был изучен летчиками по фотоснимкам. С огромным желанием летели летчики разбивать „осиное гнездо“ врага». При выполнении боевого задания командир 1-й эскадрильи гв. старший лейтенант Косолапов сбил один Fw 190. Гвардейцы сопровождали наши бомбардировщики в налете на Сещу 10 июня, тогда из полета не вернулся командир 3-й эскадрильи гв. старший лейтенант Панкин.

pic_5

Техник самолета гв. ст. сержант В. Дубровский в кабине истребителя Ло-5ФН эскадрильи "Монгольский арат

"

Резко увеличилась нагрузка на технический состав полка. При грубых посадках на твердый грунт аэродрома часто лопались баки, поломки происходили по вине летного состава, отчего техникам, в общем-то, было не легче. С наступлением тепла из-за плохого качества древесины вспучивалась обшивка — ремонт фанерного и перкалевого покрытия истребителей произвели на 75 % полковых Ла-5.

5 июля 1943 года, немецко-фашистские войска перешли в наступление в районе севернее Курска и Белгорода. 11 июля 2-й гиап перебазировался на аэродром Козельск, находившийся в сорока минутах от линии фронта.

На 12 июля полк имел 36 летчиков, 32 ЛА-5 и полный штат технического состава. Степень натренированности летного состава была весьма неодинакова: 20 человек с боевым опытом; девять человек вообще без боевого опыта, хотя в полку были уже три месяца и прошли курс боевого сколачивания; семь летчиков только прибыли в полк «и еще были очень слабы в технике пилотирования». Семеро молодых летчиков не отработали ни пилотажа в зоне, ни полетов строем; этих пилотов предстояло готовить к боям непосредственно на оперативном аэродроме параллельно с выполнением боевых заданий. обще без боевого опыта, хотя в полку были уже три месяца и прошли курс боевого сколачивания; семь летчиков только прибыли в полк «и еще были очень слабы в технике пилотирования». Семеро молодых летчиков не отработали ни пилотажа в зоне, ни полетов строем; этих пилотов предстояло готовить к боям непосредственно на оперативном аэродроме параллельно с выполнением боевых заданий.

12 июля 1943 г. в 3 часа утра в штаб полка поступил боевой приказ командира 322-й иад: в течение дня выполнять задачу по прикрытию боевых порядков наших наступающих войск. В 5 часов утра командир полка поставил боевые задачи комэскам, а в 6 ч 25 мин, в воздух поднялись 18 Ла-5, ведомые командиром полка гв. капитаном Соболевым. Им предстояло прикрывать с воздуха части 2-й гвардейской армии. Самолетов противника обнаружено не было. Первый воздушный бой на Орловском направлении летчики 2-го гиап провели во второй половине дня 12 июля, а на исходе дня младший лейтенант Левченко сбил Bf. 110.

Аэродром базирования располагался в 2 км от железнодорожной станции Козельск, поэтому помимо прикрытия наступающих войск перед полком была поставлена задача обеспечить ПВО станции и города. Обычно днем авиация противника вела только разведку, а налеты бомбардировщиков выполнялись только ночью. Бомбежки выполнялись с малых высот — при ясной луне гвардейцы могли наблюдать противника с земли и только: ни один летчик попка не имел допуска к ночным полетам на Ла-5 (здесь как раз уместно вспомнить 1940 г.!). В сложившихся обстоятельствах командир полка поставил дежурной паре задачу: сбить днем разведчика любой ценой. 13 июля в 12 ч 30 минут, в готовности номер один находилась пара в составе: ведущий — заместитель командира эскадрильи гв. младший лейтенант Майоров, ведомый — молодой летчик гв. младший лейтенант Бажанов. Небо закрывали кучевые облака приблизительно на пять-шесть баллов, высота нижней кромки облаков составляла 1500–2000 м. Однако в разрывах облачности все же был обнаружен одиночный Не-111, дежурная пара взлетела немедленно. Набрав высоту Майоров стал пробивать облака вверх и вниз в поисках разведчика. Безрезультатно. Зато «Хейнкель» обнаружили зенитчики. Ориентируясь на разрывы зенитных снарядов, Майоров увидел и атаковал разведчика. С аэродрома наблюдали, как из облаков вывалился Не-111 с дымящимся левым мотором. В советчиках недостатка не наблюдалась: хорошо, что радиостанция имелась лишь на КП, откуда передали: «Майоров, пробей облака, Хейнкель над аэродромом». Команда было принята и буквально через минуту последовала новая атака — у всех на глазах. После второй «показательной» атаки разведчик загорелся и стал разваливаться в воздухе. Трое членов экипажа Не-111 покинули самолет на парашютах. После посадки Майоров принимал поздравления с 16-й победой в воздушном бою, однако не преминул заметить: «Когда за линией фронта, над вражеской территорией весь в мыле возишься с пятеркой „фоккеров“ и сам на волоске от смерти, кого-нибудь собьешь и домой голову принесешь, то на родном аэродроме спросят: А правда сбил? Кто подтвердит? Тут же, над своей территорией, можно сказать в полной безопасности, немца сбил — выходит, вроде герой. Просто обидно».

Через несколько часов в районе аэродрома появился очередной разведчик, теперь Ju-88. На перехват поднялась дежурная пара из 3-й эскадрильи. Не одна пара: азарт, вызванный недавней победой Майорова, был настолько велик, что несмотря на команду с КП на взлет только дежурной пары, в воздух ушло семь истребителей 3-й эскадрильи. Почти все взлетевшие были молодыми летчиками, еще не побывавшие в боях. В своих атаках они больше друг другу мешали, чем помогали. Не в силах наблюдать подобное «сражение», в кабину Ла-5 запрыгнул командир 1-й эскадрильи гв. старший лейтенант Косолапов. Через несколько минут и он вступил в бой. Ju-88 в этот момент обстреливали гв. младший лейтенант Гладкевич и гв. старший лейтенант Марин. Косолапов прошелся по Юнкерсу длинной очередью с дистанции 50 м, но добил разведчик окончательно все же Марин. Ju-88 упал на землю в районе аэродрома. Два сбитых за один день над Козельском самолета противника не остались незамеченными: прикрывавшие станцию и город зенитчики вежливо поинтересовались у летчиков — не мешают ли первым своим огнем?

12 августа 1943 г. командир 322- й иад полковник Нога утвердил представление к награждению 2-го гиап орденом Красного Знамени.

Орденом Красного знамени 2-й гиап был награжден 29 октября 1943 г.

В сентябре полк находился на переформировании на аэродроме Вязовая на Смоленщине. Здесь 2-я эскадрилья полка 25 сентября получила 12 самолетов Ла-5, построенных на средства трудящихся Монгольской народной республики. Эскадрилья стала называться «Монгольский арат». Командовал эскадрильей Герой Советского Союза гв. капитан Н.П. Пушкин.

Самолеты 2-й эскадрильи были не единственными именными истребителями в полку (все 12 Ла-5 имели на бортах надписи «Монгольский арат»). На истребителе «Олег Кошевой» летал Лев Маисов. Самолет «Шилкинский старатель» подарили своему земляку командиру полка майору А.П. Соболеву золотоискатели Сибири, капитан А.И. Майоров также получил подарок от земляков-железнодорожников — Ла-5 «Георгиевский путеец».

pic_6

Летчики и техники 2-й эскадрильи "Монгольский арат

"

В Монголии об эскадрилье «Монгольский арат» не забывали. В октябре 1968 г. Указом Президиума Великого народного хурала МНР эскадрилья «Монгольский арат» была награждена орденом боевого Красного Знамени. К этому времени эскадрильи «Монгольский арат» в составе 2-го гвардейского полка уже не было — в 1967 г. на ее основе был сформирован 266-й авиаполк истребителей-бомбардировщиков, ставший вскоре именным — «им. Монгольской народной республики». В 1985 г. в честь 40-летия Победы в восточной части Улан-Батора был открыт памятник эскадрилье «Монгольский орат» — три устремленных в небо истребителя Ла-5.

Боевой счет 2-й эскадрильи на «монгольских» Ла-5 открыл в октябре гв. старший лейтенант Зенькович, сбивший разведчик Не-111.

17 октября 1943 г. полк, несмотря на недостаточную практическую подготовку молодого летного состава, перебазировался ближе к фронту на аэродром Слобода, в 8 км западнее г. Демидов. Теперь полку предстояло действовать в составе 1-го Прибалтийского фронта. На вооружении полка состояло 39 Ла-5. Из 38 летчиков боеготовыми числились только 23, семерым требовались дополнительные тренировки в составе пары и звена. Еще семеро только прибыли в полк после окончания Борисоглебской школы летчиков и для самостоятельной боевой работы были и «совершенно не подготовлены». В Боевом пути полка также отмечено: «Не хватало ведущих пар, не было достаточной боевой сплоченности в звеньях и парах». Костяк полка составляли летчики с немалым боевым опытом: четыре Героя Советского Союза — Соболев, Пушкин, Майоров, Косолапов, «крепкие боевые летчики» Резников, Славгородский, Зенькович, Марин, Непряхин, Тараненко, Левченко, Бессолицын, Рябцев.

Сложные метеоусловия не давали возможности быстро поднять летную практику, приходилось урывками по 1–2 часа в день проводить тренировочные полеты. Плохую погоду использовали для проведения наземной учебы, изучения боевого опыта, техники, стрельбы, политподготовки. Всего полк с 17 октября 1943 г. по 17 марта 1944 г. произвел 591 самолето-вылет только на тренировку молодого летного состава с налетом 308 часов. Большинство летчиков отработали комплекс упражнений и летали на боевые задания.

Боевая деятельность полка постоянно сочеталась с задачами, которые решали наземные войска фронта в районе Невеля и Витебска. Выполнялись полеты на разведку наземных войск, сопровождение Пе-2 и Ил-2, перехват разведчиков противника, разведку погоды в районе боевых действий.

Наиболее интенсивную задачу по прикрытию боевых порядков наших войск полк выполнял с 5 февраля по 13 февраля 1944 г. в районе Бондари, Поповка, Бондино-Мосино, Перевоз, Копти на удалении 50 км от аэродрома базирования Нижняя Боярщина. Тактика прикрытия менялась в зависимости от обстановки. При низкой облачности (высота нижнего края 300–500 м) прикрытие осуществлялось парами истребителей; при высокой облачности — звеном. В периоды сильного противодействия воздушного противника, высылались группы от 8 до 14 самолетов. Зона патрулирования определялась, как правило, на путях подхода немецких бомбардировщиков в 4-10 км за линией фронта. Наведение на противника выполнялось по радио с КП дивизии.

pic_7

Ла-5ФН «Георгиевский путеец» гв. капитана А.И. Майорова

Так 7 февраля по командам с наземного КП группа гв. капитана Резникова (десять Ла-5) была наведена на 60 Ju-87, которые сопровождали 12 Fw 190. В воздушном бою гвардейцы сбили два Ju-87 и три Fw 190 без потерь со своей стороны. Большинство встреч во время прикрытия наших войск было не с бомбардировщиками, а с истребителями противника.

Впервые с 1941 г., с 4 по 15 января 1944 г. выполнялись боевые задачи по штурмовке наземных войск противника на дорогах в радиусе 40 км от Витебска. Ведущие групп, разыскав цели с высоты 1600–2000 м., пикировали и сбрасывали бомбы, а затем обстреливали пушечным огнем, но обычно по одной цели производилась только одна атака; атаковала пара, еще пара Ла-5 прикрывала удар, находясь в стороне и выше. Наилучшую эффективность при штурмовках давал свободный поиск цели на наиболее вероятных направлениях движения войск противника. Группа гвардии старшего лейтенанта Зеньковича получило задачу бомбить и штурмовать скопление войск в деревне Гнездиловичи (западнее Витебска), но противника в указанном

районе не оказалось. Совершая поиск цели, группа в районе Мокшаны, обнаружила большие колонны войск и транспорта противника, которые и проштурмовала с большим эффектом. Ставший командиром эскадрильи «Монгольский Арат» гв. старший лейтенант Зенькович шесть раз водил группы на штурмовку наземных войск.

Нанесение ударов по наземным целям не очень хорошо вписывалось в настроения летчиков-истребителей. Выдержка из «Боевого пути полка»:

pic_8

Ла-5ФН «Шилкинский старатель» командира полка А. П. Соболева

— Не все летчики отнеслись серьезно к выполнению этой сложной задачи. Не всегда хорошо прикрывали друг друга, увлекались большим числом атак одной цели, и этим давали возможность атаковать себя истребителями противника или сбивать огнем зенитной артиллерии. Звено гвардии лейтенанта Калинина, допустив эту ошибку, подверглось внезапно атаке ФВ-190, в результате чего два экипажа, гвардии лейтенанты Ерин и Руднев были сбиты. Недостатком штурмовок являлся также и малый расход снарядов, т. е. в среднем 42 снаряда на самолето-вылет, что снижало эффективность. Однако, не смотря на эти недостатки и недочеты, полк своими штурмовыми действиями выполнил поставленную задачу. Но указанных для штурмовок дорогах, противник не мог передвигаться днем. Движение было совершенно парализовано. Проведенные контрольные полеты показали, что на дорогах валялось много разбитых автомашин — 55, повозок — 23, взорван деревянный мост на шоссе, убито до 120 солдат и офицеров. Много повреждено вражеской техники. Наши потери 3 летчика и 4 самолета.

От выполнения основной задачи по предназначению истребителей, между тем, никто не освобождал. В 23 воздушных боях гвардейцы сбили 24 самолета противника. В большинстве случаев бои начинались по инициативе наших летчиков, энергично проводивших поиск противника даже на его территории.

— 6 февраля, в районе железной дороги Витебск-Вогушевск, звено гвардии старшего лейтенанта Тараненко, последовательно провело 4 воздушных боя в общей сложности, с 10 ФВ-190. Встретив одну пару ФВ-190, Тараненко смело атаковал их, и в короткий схватке сбил обоих. Вернувшись вновь в этот район, встретил 4 ФВ-190, завязал с ними бой и сбил одного из них, разогнав остальных, после чего, направляясь домой, увидели еще 4 ФВ-190 — атаковали их и также сбили одного. Звено товарища Тараненко — летчики гвардии лейтенанты Левченко, Кардопольцев и Арефьев, лучше всех проводили воздушные бои. Они сбили 9 самолетов, не потеряв при этом ни одного своего.

— Примером смелого наступательного боя может служить бой, проведенный гвардии лейтенантом Рябцевым 13 февраля. Отстав от группы при вылете, Рябцев не смог найти группу в районе прикрытия и пошел охотиться сам за линию фронта, где встретил 2 ФВ-190. Умело используя обстановку и высокие качества ЛА-5 с мотором ФН, Рябцев навязал немцам бой и сбил из них одного.

— Для достижения успеха в боях с бомбардировщиками большую роль играло настойчивость в преследовании противника. Гвардии старший лейтенант Зенькович, с ведомым младшим лейтенантом Дмитриевским 23 октября 1943 года, преследуя ХЕ-111, вел бой на высоте 7000 метров и сбил его в 5 км за линией фронта. Гвардии лейтенант Непряхин с ведомым младшим лейтенантом Ожогиным, преследовал ФВ-189 от Витебска, почти до Орши и там сбил его.

pic_9

В перерыве между боевыми вылетами

Самокритичные авторы Боевого пути полка не оставили без внимания и не слишком успешные действия однополчан.

— Однако не всегда и не все летчики проявляли в воздушных боях такие прекрасные качества, как — инициативу, настойчивость.

— 4 января, пара наших истребителей, гвардии младшие лейтенанты Бовт и Макаров, встретили 2 ФВ- 190. Увидев, что «Фоккера» пытаются зайти в хвост, Бовт бросив ведомого, переворотом ушел вниз вместо того, чтобы смело принять бой на вертикалях. Случайность, что «Фоккера» не сбили наши самолеты.

— 4 февраля, четверка во главе гвардии капитана Резникова пошла на бомбометание и штурмовку войск противника. В районе цели их встретили 4 ФВ-190. Неправильно оценив обстановку, они продолжали лететь к цели, уклоняясь от боя с истребителями. Этим, они отдали инициативу противнику, а он, использовав это, заставил сбросить бомбы и повредил самолет летчика Макарова. Пассивность наших самолетов была настолько велика, что они не выпустили даже ни одного снаряда.

В преддверии летнего наступления Красной Армии в Белоруссии полк перебазировался на аэродром Новомышков. На 20 июня в полку по списку числился 41 летчик, двое из них находились на учебе в высшей офицерской школе воздушного боя, один — в госпитале. Небоеготовыми считались три пилота. Самолетный парк полка состоял из 41 самолета Ла-5, одного УЛа-5 и двух У-2. 1-й эскадрильей командовал гв. капитан Славгородский, 2-ой эскадрильей «Монгольский Арат» — гв. капитан Зенькович, и 3-й — Герой Советского Союза гв. капитан Майоров.

Утром 22 июня личный состав полка построили для зачтения боевого приказа с выносом боевых знамен (случай, наверное, уникальный — полк имел не одно, а несколько Знамен): Красное боевое знамя, Гвардейское знамя и знамя 23-го истребительного авиационного полка. Начальник штаба гвардии подполковник Гуревич зачитал боевой приказ No] — нанести удар по врагу в районе Орши. После зачтения боевого приказа командир корпуса генерал-лейтенант Благовещенский прикрепил на Гвардейское знамя орден Красного знамени, которым полк был награжден осенью 1943 г.

За несколько минут с полосы шириной 80 м в воздух поднялись 34 Ла-5 во главе с командиром полка. Полк сопровождал Пе-2 4-й гвардейской бомбардировочной авиадивизии. Каждую эскадрилью полка прикрепили к «своему» бомбардировочному полку: 1-я эскадрилья прикрывала 126-й гбап, 2-я — 125-й гбап и 3-я — 124-й гбап. Маршруты до целей были протяженными, 110–160 км. Время полета превышало час. Запас топлива не позволял Ла-5 выполнять посадки на своем аэродроме — приходилось садиться на площадки, расположенные ближе к линии фронта, там дозаправляться и перелетать домой или выполнять новый боевой вылет с аэродромов подскока. Иногда полеты выполнялись с аэродромов базирования Пе-2.

Бомбардировщики ходили большими группами по шесть-восемь девяток в колонне. Для прикрытия таких боевых порядков Пе-2 требовался наряд в 32–34 истребителя. Удары наносились по скоплениям войск противника и узлам обороны в населенных пунктах Юрьев, Шибани, Гуры, Нероды, Шолошино, по железнодорожному узлу и городу Орша, по автомагистрали Борисов-Орша. Гвардейцы, прикрывая Пе-2, только 23 июня провели шесть воздушных боев, сбив два Bf.l09G. Пе-2 потерь не имели, 2-й гиап также потерь не понес. Командир 4-й гбад генерал-майор Котляр, высоко оценил работу истребителей и объявил благодарность всему личному составу 2-го гиап. Всего на сопровождение было совершено 184 самолето-вылета с налетом 189 часов 29 минут, прикрыто 37 девяток Пе-2.

В июне 1941 г. полк часто менял аэродромы, перемещаясь с запада на восток. Теперь дислокация меня лась не менее быстро, но в обратном порядке: 2 июля — Боровое, 3 июля — Жодино, 13 июля — Порубанок (Вильнюс), 15 июля — Застенки (юго-западнее Вильнюса). В этот период истребители интенсивно прикрывали штурмовики Ил-2 из 311-й шад, за что неоднократно получали благодарности от командования штурмовой авиадивизии.

19 июля 1944 г. в полк пришел приказ Верховного Командования о присвоении почетного наименования «Оршанский», как отличившемуся в боях за овладение городом и оперативно-важным железнодорожным узлом Орша.

Помимо сопровождения штурмовиков, истребители сами наносили удары по наземным целям. Наиболее серьезной задачей по штурмовке стал удар по аэродрому Инстенбург (Восточная Пруссия). 2 августа 1944 года в 3 часа ночи на разведку аэродромов Гумбинен, Инстенбург и Пикаллен по разным маршрутам ушли две пары Ла-5. На аэродроме Инстенбург было обнаружено до 50 Не-111 и Fw 190, уточнено их местоположение. Удар по аэродрому бомбами АО-25 примерно в 11 ч нанесли 22 Ла-5. Атаки выполнялись с разных направлений и получились совершенно неожиданными для противника: зенитки открыли огонь только в догон уходившим на бреющем полете истребителям. Результаты штурмовки аэродрома были проверены контрольными вылетами разведчиков, которые установили: сожжено два Ju-52, семь Не-111 и один Fw 190, повреждены пять Не-111 и три Fw 190.

Весь период боев у границ Восточной Пруссии в августе 1944 г. полк действовал в первом эшелоне и базировался непосредственно у линии фронта, тесно взаимодействуя с частями 2-го гвардейского танкового корпуса и 33-й армией. Примером того, как строилось взаимодействие с наземными войсками, могут служить действия полка 9 августа 1944 г., когда обстановка на фронте осложнилась сильным контрударом немцев.

Контратаку противника в районе Волковышки ожидали уже несколько дней. Требовалось определить районы сосредоточения германских танков, В 6 часов утра 9 августа три пары Ла-5 ушли на разведку района юго-западнее и северо-западнее Волковышки. Каждая пара получила свою полосу разведки. В ходе разведки было обнаружено несколько автоколонн, скопление войск и техники противника. Перегруппировавшись в ночь с 8 августа на 9 августа, противник на рассвете 9 августа начал большими силами, до 60 танков с пехотой, атаку в 8-14 км юго-восточнее Волковышки и, развив первоначальный успех, начал движение к Волковышкам, обходя части Красной Армии, дислоцированные западнее и юго-западнее города. Для атаки танков было решено бросить всю имевшуюся на этом участке фронта авиацию, включая восьмерку Ла-5, которую повел в бой лично командир 2-го гиап гв. майор Соболев. Для борьбы с авиацией противника над районом прорыва с 10 часов 30 минут до 18 часов 30 минут 9 августа практически непрерывно патрулировали Ла-5 2-го гиап. Одновременно истребители вели разведку с целью установления фактического местонахождения танков противника в районе прорыва, и определения маршрутов подхода его резервов. Разведчики вскрыли дислокацию группы из шести-десяти немецких танков на восточной окраине Волковышки, движение колонн автотранспорта и отдельных машин по дорогам с юга от Волковышки в сторону прорыва. На выявленные цели немедленно наводились штурмовики Ил-2. В районе прорыва гвардейцы провели четыре воздушных боя, включая один с 40 Ju-87 и 12 Fw 190, сбив два фоккера. Штурмовыми действиями Ла-5-х уничтожено 18 автомашин и один танк. За день выполнено 15 групповых боевых вылетов.

В боях у границ с Восточной Пруссией гвардейцы достаточно широко практиковали «свободную охоту», в ходе таких полетов проведено 19 штурмовок и сбито 12 самолетов противника, собственные потери в этих вылетах — один экипаж: «Потеря является следствием того, что опытный охотник Непряхин, чрезмерно увлекся и совершил грубую ошибку, ввязавшись в затяжной бой с группой Fw-190. В ходе боя подошедшей группой фоккеров был сбит ведомый Непряхина гв. младший лейтенант Хомутов». Всего за период операции в полку совершено 32 вылета пар на свободный поиск противника, в том числе 18 вылетов специально на «свободную охоту» и 24 вылета для прикрытия наших войск, методом свободной охоты пар и на разведку войск противника, попутно со свободным поиском в районе разведки.

— Вылеты на «свободную охоту» характеризуются большой эффективностью в нанесении удара врагу. В девяти вылетах наши «охотники» находили противника в воздухе и внезапно атаковав его, сбили 12 самолетов противника. Из них по типам: 1 Ю-87, 2 ME-109, 2 ФВ-190 и 1 ФИ-156. В 19 вылетах «охотники» находили цели на земле, штурмовали их и наносили большой ущерб противнику. При штурмовках самостоятельно обнаруженных целей, «свободными охотниками» уничтожено: 43 автомашины, до 20 солдат, сожжена самоходная баржа на реке Неман, повреждены 2 паровоза и 2 железнодорожных состава. И только 5 вылетов были безрезультатны. На «свободную охоту» в полку посылались наиболее крепкие пары, которые могли действительно действовать самостоятельно, хитрить, обладающие незаурядной смелостью находить цель противника. Наибольшее количество вылетов но «свободную охоту» совершила пара Непряхин и Хомутов, причем эта же пара совершило почти все вылеты на «свободную охоту» вглубь территории противника. Всего эта пара совершила 13 вылетов.

— 2-го августа на «свободную охоту» в район Ширвиндт, Здткунен, Вирбалис, вылетала пара гвардии капитана Майорова с ведомым гвардии лейтенантом Захаровым. «Охотникам» было известно, что через этот район в город Волковышки, периодически ходят группы Ю-87 и группы истребителей противника. Майоров привел свою группу в район Ширвиндт на высоте 4200 метров, причем стал производить полет над рекой Шешупа, т. е. несколько в стороне от маршрута полета самолетов противника, с целью, чтобы увидев последних, после небольшого доворота оказаться в выгодном для атаки положении.

— Майоров связался со станцией «Узор-5» и она его информировала, что в воздухе спокойно. Через 2–4 минуты Майоров увидел идущих от Эйдткунен на Волковышки 16 ФВ-190. Шли они так: впереди шестерка, в строю клин на Н-3500 метров, за нею четверка на Н-3700 метров, а за ними еще шестерка в строю клин на Н-3900 метров. Дистанции между группами были 300 метров. Шли они на малой скорости и наших истребителей не видели. «Узор-5», немедленно предупредил Майорова — «Уходите, в воздухе большая группа Фоккеров», но Майоров решил использовать внезапность и преимущество имевшееся у него в скорости и в высоте, и довернув влево, парой атаковали сзади сверху ведомую справа пару первой шестерки. С первой атаки один самолет был зажжен. Из атаки, чтобы не быть пораженным задним ФВ-190, пара Майорова стала выходить боевым правым разворотом, причем, сознательно делая на наборе высоты отвороты, чтобы по ним нельзя было вести прицельный огонь. Оказавшись снова выше, Майоров вынудил ФВ-190 переворотами уйти вниз, а оттуда на свою территорию. После этого Майоров решил сменить позиции и пошел южнее Вирбалис на солнечную сторону к озеру Виштитерзее и здесь он увидел 4 ФВ-190 шедших на одной с ним высоте на 4000 метрах. С солнечной стороны они шли с К-90 градусов под ракурсом 4/4 по отношению к Майорову и пары Майорова не видели, что между ними осталось не более 500 метров. Майоров с Захаровым пропустили «Фоккеров» вперед и набрав еще 300 метров высоты, атакой сзади сбили по одному ФВ-190. Всего за этот бой, проходивший на глазах у радиостанции «Узор-5», было сбито 3 ФВ-190.

В середине сентября полк в составе 322-й иад 2-го иак перебазировался на аэродром Олещице, 1-й Украинский фронт. Здесь 2-й гип полностью перевооружили на Ла-7.

С 13 января 1945 г. полк в составе 1-го Украинского фронта принимал участие принял участие в освобождении Польши, в боях на территории Германии в районе рек Одер и Нейсе, в операциях по взятию Берлина и освобождению Праги. В этот период 2-й гиап базировался на аэродромах Смердыня, Гожковицы, Трапшберг, Мобен, Шпроттау, Зорау, Бенау, Шлабендорф, Гроссенхайн. День Победы личный состав встретил на аэродроме Гроссенхайн в 40 км от Дрездена.

За образцовое выполнение заданий командования в боях с немецко-фашистскими захватчиками при выходе на реку Одер и овладении городами Лелич, Бернштадт, Намслау, Карльсмаркт, Тост, Вишефсталь и проявленные при этом доблесть и мужество 2-й гвардейский Оршонский Краснознаменный иап награжден орденом Суворова III степени.

18 января 1945 г. штаб 322-й дивизии и два полка — 2-й гвардейский и 482-й — перебазировались на аэродром, только что захваченный танкистами, при этом авиация обогнала пехоту. В ближайшем населенном пункте только что закончились бои; еще дымились пожарища и не были убраны трупы. В районе аэродрома оставались разрозненные части германских войск. На исходе дня стало известно, что какая-то довольно многочисленная колонна противника движется прямо в направлении нашего аэродрома. Танкисты ушли вперед стрелковые части где-то сзади, а враг рядом. Командование дивизии запросило помощи у танкистов и одновременно приступило к организации круговой обороны аэродрома: для стрельбы по наземному противнику были подготовлены зенитные установки и даже самолеты. Вести огонь из самолетных пушек можно лишь при работающем двигателе, через винт. Чтобы попасть в наземную цель из Ла-5 с земли требовалось «выставить» продольную ось истребителя в горизонт — поднять хвост, Но тогда винт будет вращаться слишком близко от грунта. Во избежание данного казуса перед истребителями выкопали канавы для винтов. Атаки противника начались ночью. Предпринимал он их неоднократно, и каждый раз его встречали интенсивным огнем. А к утру подоспела помощь от танкистов. Танковая рота с ходу вступила в бой. Одновременно в воздух поднялось несколько групп истребителей. Сопротивление немцев было сломлено, они начали сдаваться в плен.

В конце марта 1945 г. началась подготовка к Берлинской операции. В это время на всех Ла-7 2-го гиап вышли из строя моторы. Из-за отказов моторов в полете произошло несколько вынужденных посадок. На всех истребителях перебрали моторы, заменили большое количество цилиндров и все поршневые кольца. Наиболее сложные работы по двигателям выполнялись на оказавшемся как нельзя более кстати поблизости германском авиационном заводе в Зарау, а ремонт самолетов выполнялся в ангарах авиабазы люфтваффе Заган. Одновременно с ремонт обновили лакокрасочное покрытие истребителей. К 10 апреля 1945 г. все Ла-7 2-го гиап были боеготовы.

С 4 мая по 9 мая, полк успешно выполнял задачи по обеспечению действий наших войск в Чехословакии.

pic_10

Участники парада Победы в Москве 24 июня 1945 г. Рябцев М.Е., Скрыпник Н.С. и Левченко И.З.

После капитуляции Гитлеровской Германии полк базировался на аэродроме Гроссенхайн (Германия). 1 июня 1945 г. полк перебазировался на аэродром Кбелы (Чехословакия). 22 августа 1945 г. полк перебазировался на аэродром Самбатель в Венгрии, где приступил к нормальной учебе и тренировке летчиков. На самолетах Ла-7 полк за август—декабрь месяц произвел 1198 полетов и налетал 480 часов. Летный состав хорошо отработал стрельбы по щитам и конусу, бомбометание, парные и групповые воздушные бои. По организации учебы личного состава, летной подготовке, полк на протяжении всего года держал первое место в дивизии.

11 декабря 1945 г. в связи с введением нового штата и реорганизацией полков и дивизий в состав 2-го гиап вошла одна эскадрилья из 482- го иап; во 2-м гиап стало три боевых и одна резервная эскадрильи. 15 декабря 1945 г. 322-я иад была расформирована. Полк вошел в состав 8-й гвардейской Киевской Краснознаменной ордена Богдана Хмельницкого истребительной авиадивизии и перебазировался на аэродром Дьер (Венгрия), где продолжал проводить учебно-боевую подготовку до 21 мая 1946 г., пока не перебазировался в Секешфехервар. На аэродроме Секешфехервор личный состав занимался учебно-боевой подготовкой. Летный состав получил боевую тренировку в полетах в закрытой кабине на самолетах По-2; 2-я эскадрилья полностью закончила ночную подготовку на По-2. Налет за 1946 г. составил: на Ла-7 — 940 часов, на УЛа-7 — 123 часа, на По-2 — 897 часов. В полку имелось 50 летчиков и 45 истребителей Ла-7.

В мае 1947 г., полк перебазировался в летние лагеря на аэродром Кеньери (Венгрия), где продолжал выполнять план учебно-боевой подготовки на самолетах Ла-7, что, учитывая состояние матчасти, делать было совсем непросто. Истребители напряженно эксплуатировались с 1944 г. и были сильно изношены. Больше всего нареканий вызывали моторы — АШ-82ФН, которые приходилось часто ремонтировать и менять. В июле 1947 г. полк получил первые Ла-9, полностью перевооружение на Ла-9 завершилось в ноябре. В течение августа весь летный состав переучился на новую технику. В августе, сентябре и октябре 1947 г. летчики перегоняли заслуженные полковые Ла-7 на аэродромы Одесса, Батайск и Чугуев, а новые Ла-9 с завода № 21 в Горьком к месту базирования.

В период с 25 ноября 1947 г. по 10 января 1948 г. полк железнодорожным транспортом перебазировались из Венгрии в Советский Союз на аэродром Пирсагат, Азербайджан. 2-й гиап в составе 8-й гиад вошел в состав 5-го истребительного авиакорпуса 7-й воздушной армии Закавказского военного округа, а в 1949 г. был передан из ВВС в ПВО — в 174-ю иад 62-го иак 42-й воздушной армии ПВО Бакинского района ПВО.

В результате выполнения плана боевой подготовки за 1948 г, личный состав подготовлен четырьмя эскадрильями на самолетах ЛА-9 к боевым действиям в составе полка и дивизии днем в простых метеорологических условиях на высотах до 9000 м; 50 летчиков подготовлены для действий в сложных метеорологических условиях и за облаками; к ведению боевых действиях на Ла-9 подготовлено 13 летчиков. Приоритетной боевой задачей для полка было определено ПВО Баку. В 1949 г. постоянно днем в готовности № 1 и № 2 находилась одна эскадрилья полка, ночью — одна эскадрилья в готовности № 2. Отрабатывались действия эскадрильей и полком, в составе дивизии, по отражению налетов больших групп бомбардировщиков днем в простых метеоусловиях на средних и больших до 9000 м высотах. Летчики 2-й эскадрильи отрабатывали действия в составе эскадрильи под облаками, при сплошной облачности, 3-я эскадрилья готовилась к отражению ночных налетов.

К 1949 г. относится первое знакомство летчиков 2-го гиап с реактивной техникой: 40 человек выполнили ознакомительные полеты по кругу и в зону на самолетах Як-17, 12 летчиков получили инструкторский допуск на реактивные Яки.

pic_11

Летчики и техники 2-го гиап ПВО у истребителей МиГ-17П. Аэродром Пирсагат, середина 1950-х гг.

Однако Яки полк не получил — в 1950 г. на вооружение 2-го гиап поступили МиГ-15. До конца года 2-я и 3-я эскадрильи отработали технику пилотирования и боевое применение на МиГ-15 днем до высот 12000 м, десять летчиков отработали боевое применение в темное время суток. В 1951 г. личный состав нес боевое дежурство и готовился к полетам на боевое применение в СМУ; средний налет на летчика за 1951 г. составил 70 ч. В 1951 г. 1-й класс получило восемь летчиков полка, 2-й класс — трое и 3-й класс — 27 человек. В полку по штату имелось 30 МиГ-15.

22 января 1952 г. полк перебазировался всем составом на аэродром Кызыл-Агач, Азербайджан, расположенный в 35 км от границы с Ираном. После перебазирования на аэродром Кызыл-Агач, полк преступил к переучиванию на МиГ-17. 1-я эскадрилья военного летчика 1-го класса гв. майора Кардопольцева осваивала полеты ночью в СМУ. За успешное выполнение этой задачи гв. капитаны Еремин, Величко, гв. старшие лейтенанты Теплоухов, Каменев, Колков были награждены орденом Красного Знамени, а гв. майор Кардопольцев и гв. капитан Фоменков за обучение летного состава ночью в СМУ были награждены орденом Ленина. Технический состав проделал большую работу по изучению и переучиванию на самолеты МИГ-17, а также по сборке и вводу в строй самолетов, поступавших с завода. Особо отличились старший инженер полка гв. майор Царенко, инженер 2-й эскадрильи гв. капитан Пряженцев, техники самолетов гв, младшие лейтенанты Шварев, Шибнев, Нецветаев, Коновалов, механики самолетов гв. младшие сержанты Поляков, Баранов, Чебаков. За успехи в боевой и политической подготовке полк приказом командующего воздушной армией был объявлен отличным. В 1954 г. 1-ю эскадрилью перевооружили перехватчиками МиГ-17П.

В результате выполнения плана боевой подготовки за 1953–1954 гг. все летчики полка были подготовлены к ведению боевых действий в ПМУ и СМУ днем и ночью. В конце 1954 г. 2-й гиап подвергся (именно данное слово использовано в Историческом формуляре, точнее о такой «напасти» не скажешь!) инспекции Министра Обороны; возглавлял инспекцию 1-й заместитель командующего восками ПВО Страны — заместитель министра обороны Маршал Советского Союза Бирюзов. На инспекции весь личный состав полка по всем видам боевой и политической подготовки, получил оценку «хорошо». Летная подготовка была оценена «отлично». Общая оценка полку инспекцией министра обороны — «Хорошо». В ходе инспекции при стрельбе по наземным целям отличилось звено гв. майора Уткина (гв. майор Уткин, гв. старшие лейтенанты Курникова, Молочко, Ипполитов), выполнившее упражнение с оценкой «отлично»; из 30 выпущенных гв. майором Уткиным снарядов в цель попало 25. При стрельбе ночью по освещенному конусу особо отличился командир 3-й эскадрильи летчик 1-го класса гв. капитан Фоменков. При проверке состояния материальной части отличные оценки за состояние самолетов получили гв. техник-капитан Коршунов, гв. техники-лейтенанты Шишкин, Шварев.

pic_13

После полета. Азродром Джида, Забайкальский военный округ

В 1955 г. две вооруженные перехватчиками МиГ-17П/ПФ (1-я и 2-я) эскадрильи 2-го полка передали в состав дислоцированного на аэродроме Сальяны 627-го гвардейского иап. В полк пришло молодое пополнение, отчего боеготовность несколько упала — по итогам проведенной в ноябре 1955 г. командующим войсками Бакинского округа ПВО проверке была выставлена общая оценка «удовлетворительно». На вооружении 1-й эскадрильи состояли перехватчики МиГ-17П, на вооружении 2-я и 3-й эскадрилий — простые МиГ-17. Основную нагрузку по обороне государственной границы несла 1-я эскадрилья, которая несла боевое дежурство днем и ночью. В 1956 г. полк перевели во вторую линию, а личный состав пополнился молодыми летчиками, которых предстояло подготовить к велению боевых действий на МиГ-17 днем в ПМУ в составе пар. В июле 1956 г. полк выполнял Правительственное задание по сопровождению особо важного самолета, за что 12 летчиков награждены командующим войсками Бакинского округа ПВО наручными часами, а командир полка и штурман полка — фотоаппаратами «Зоркий». За качественную подготовку материальной части и обслуживание самолетов технический состав тоже был отмечен наградами — часами «Молния».

В 1959 г. в полку имелось летчиков 1-го класса — шесть человек, 2-го класса — шесть, 3-го класса — 43. К концу 1962 года, число классных летчиков возросло: 1 — го класса — 13, 2-го класса — 21, 3-го класса — 18. В 1963 г. все летчики имели 1-й и 2-й класс.

В 1961 г. полк принял участие в учениях, проводимых министром обороны, с перебазированием на аэродромы Урала Алга, Троицк и Чебеньки. По результатам учений выставлена оценка «хорошо». Летчиками полка для предотвращения нарушения воздушных границ СССР в 1966 г. было произведено 228 боевых самолето-вылетов на барражирование с общим налетом 245 ч, в 1967 г. — 547 боевых самолето-вылетов с налетом 508 ч.

Директивой Генерального Штаба от 29 декабря 1967 г. 2-й гвардейский истребительный авиаполк передан из состава Войск ПВО Страны в состав ВВС и переименован во 2-й гвардейский авиационный полк истребителей-бомбардировщиков. Задачи по несению боевого дежурства по охране государственной границы с полка снята, личный состав приступил к учебно-боевой подготовке по курсу подготовки истребителей-бомбардировщиков. Матчасть осталась прежней — самолеты МиГ-17.

В августе 1969 г. 2-й гвардейский апиб передали из 34-й воздушной армии Краснознаменного Закавказского военного округа в 23-ю воздушную армию Забайкальского военного округа. 23-я армия была сформирована заново из-за осложнения обстановки на советско-китайской границе. На Восток из европейской части Союза тогда было передислоцировано десять авиаполков, в том числе и 2-й гвардейский. Можно с большой долей уверенности говорить о том, что изменение назначения 2-го гвардейского полка с «ПВОшного» на «ИБАшный» связано было как раз с грядущим перебазированием — на границе с Китаем в то время в большей степени были нужны ударные самолеты, чем истребители ПВО.

Новым местом дислокации полка стал поселок Джида — «джедаи» первыми появились, как оказывается, в СССР… Надо сказать, что в поселке Джида Джордж Лукас вполне мог снять свои «Звездные войны» без дополнительных затрат на имитацию суровых природно-климатических условий иных планет. На сайте Барнаульского училища можно найти интересный пост — воспоминания о посещении в 1993 г. аэродрома Джида:

— Перед всеми, кто проходил службу в Джиде, снимаю шляпу! Про Джиду можно много рассказывать, но все это будет не то. Джиду надо хотя бы раз увидеть, чтобы понять в каких суровых условиях мужики летали, служили, жили, растили детей. Мое знакомство с Джидой произошло в июне 1993 года. Дембельский аккорд, перегон восьмерки Су-24М с Балтики в Кневичи (Владивосток). К посадке в Джиде были готовы, знали что там горушки, но все равно когда на посадочном вышел из облаков и увидел слева и справа от себя горки выше высоты полета, проникся уважением к летчикам Забайкальцам. Летать там, как обычно, нельзя, не получится просто долго. Полоса довольно ровная, но после нашей привычной в 3000 м полосы, 2500 м нам показалось совсем немного. Удивило практически отсутствие концевой полосы безопасности. Просто бетонка заканчивается обрывом сантиметров 20–30, далее смесь щебня с песком.

…Топлива нам не дали. Мы несколько часов провели на бетоне ЦЗТ в ожидании заправки. Присесть негде. Трава давно выгорела, рядом с бетоном жалкие редкие травинки пытаются расти в адской пыльной смеси щебня и песка. Поняв, что ничего уже не светит сегодня, перебираемся в офицерское общежитие в городке. В общаге воды нет никакой, ни горячей, ни холодной. На вопрос как помыться, дежурная объяснила, как пройти на пруд. Такого я не видел ни до, ни после! На пруду мылись семьями/ Жены, дети, мочалки, мыло! Жен, что в таких диких условиях растили детей, оставались красивыми и любимыми, создавали как могли уют в доме, нужно до конца жизни носить на руках. Жить в Джиде очень непросто. Там можно только служить, надеясь на скорую замену.

Деревья и те не хотят расти! В казарменном городке возле каждого политого саженца тополя (другое ничего не приживается) табличка: «Ответственный 1 взвод автомобильной роты ОБА ТО». У каждого подразделения свой сад, своя территория с поливом и уходом за деревьями. Люди как могут, облагораживают эту суровую землю.

Это 1993 г., когда гарнизон и аэродром были уже основательно благоустроены. Со временем невеликий аэродром Джида превратили в мощную авиабазу — фактически два аэродрома: две параллельных ВПП, две МРД, две ЦЗТ, полностью автономное обеспечение энергией. На Джиде базировалось три авиаполка:

2-й гвардейский, 21-й Витебский Краснознаменный апиб (позже — бап) и 313-й разведывательный.

Работа по благоустройству гарнизона началась сразу после перебазирования. В 1970 г. гарнизон Джида посетил министр обороны маршал Советского Союза А.А. Гречко и за благоустройство частей гарнизона объявил благодарность личному составу полка.

Перебазирование не прошло для полка бесследно: не смотря на призыв из запаса восьми летчиков, в 1971 г. в полку некомплект составлял 14 человек. Но уже в следующем году полк был полностью доукомплектован и подготовлен на самолетах МиГ- 17 и МиГ-17АС в составе трех эскадрилий к ведению боевых действий с грунтовых аэродромов по уничтожению наземных, главным образом малоразмерных и подвижных, целей с применением обычных средств поражения с малых, предельно малых и средних высот днем в ПМУ и СМУ, ночью в ПМУ как в боевых порядках эскадрилий, так и мелкими группами в условиях ведения противником радиоэлектронной борьбы и противодействия средств ПВО.

В 1974 г. личный состав приступил к теоретическому переучиванию на самолет МиГ-21 ПФМ на базе 120-го иап. Теоретическое переучивание завершилось к 29 мая, к этому времени на МиГ-21 ПФМ самостоятельно вылетели первые пять летчиков 2-го гапиб: командир гв. подполковник В.А. Романов, начальник политотдела гв. подполковник В.Л. Сильванович, заместитель командира полка гв. майор Г.А. Лакисов, старший штурман полка гв. майор Н.Н. Ефремцев, командир эскадрильи гв. майор А.А. Мирошниченко. 21 мая полк получил первые четыре МиГ-21, ранее принадлежавшие… Центру подготовки космонавтов им. Ю.А. Гагарина!

Первая в полку летная смена на МиГ-21 была выполнена 4 июня 1974 г., полностью переучивание завершено к 22 июня. В 1974 г. в полку имелось 40 истребителей-бомбардировщиков МиГ-21, шесть спарок МиГ-21 У и один связной Ан-14.

pic_16

Су-24М в полете над долиной реки Селенго

В 1979 г. полк был преобразован в бомбардировочный: на вооружение поступили Су-24. Самолетный парк полка по состоянию на весну 1979 г. состоял из 3-х Cу-24, шести L-29, и одного Ан-14.

Директивой командующего ВВС от 19 февраля 1980 г. 2-й гвардейский бомбардировочный авиаполк выведен из состава 23-й воздушной армии Забайкальского военного округа и передан в 30-ю воздушную армию Верховного Главного Командования — в Дальнюю Авиацию. Получается, что за свою историю 2- й гвардейский полк побывал во всех родах авиации, кроме военно-транспортной, но и это — по факту: техников в годы войны в фюзеляжах Ла-5 возили регулярно, чем не пассажирские перевозки?

В 1980-е гг. в ДА имелось несколько полков фронтовых бомбардировщиков Су-24. Согласно новому штату в полку осталось 30 Cу-24 и один Ан-14. Специфика Дальней Авиации немедленно отразилась на боевой учебе. Уже в 1980 г. были проведены учения, оставшиеся в памяти ветеранов полка как «Нулевой меридиан». В этих учениях принимали участие авиаполки Дальней Авиации и двух военных округов. Су-24 из 2-го гвардейского полка были переброшены на Камчатку, откуда выполняли учебно-боевые полеты в направлении Аляски — за нулевой меридиан.

В середине 1980-х гг. 2-й гбап получил на вооружение Су-24М, а в 1986 г. полк вернули из 30-й ВА в ВВС Забайкальского военного округа. В ходе дальнейшей оптимизации (как легко заметить, усилия по приданию отечественным вооруженным силам «нового облика», извините за тавтологию, отнюдь не новы) вооруженных сил, ВВС Забайкальского округа в 1988 г. упразднили, а полк стал частью 23-й воздушной армии вышеозначенного округа. Полк входил в состав 21-й смешанной авиадивизии.

pic_21

Авиабаза Джида

В 1998 г. полк был переведен на новый двухэскадрильный штат и передан из 23-й армии в состав 21-й смешанной авиадивизии 50-го гвардейского отдельного корпуса ВВС и ПВО. В составе 50-го корпуса 21-я сад находилась всего несколько месяцев: уже в конце 1998 г. дивизия вошла в состав 14-й армии ВВС и ПВО. В июле 2002 г. полк вернулся к трехэскадрильному составу, в 2005 г. опять перешел на двухэскадрильный.

В 1994–1995 гг. личный состав 2-го гбап принимал участие в контртеррористической операции на Северном Кавказе, было выполнено 76 боевых вылетов, в ходе которых уничтожено восемь БМП, шесть БТР, три танка и восемь опорных пунктов боевиков. В мае 1998 г. экипажи полка нанесли бомбовые удары по ледовым заторам на р. Лена в районе поселка Кангаланы и Умском Улуче, в 70 км от Якутска; произведено 22 «боевых» вылета с налетом 62 ч. Несмотря на известные трудности, характерные для 1990-х гг., в полку ежегодно выполнялись полеты на практическое применение управляемых авиационных средств поражения.

13 января 2004 г. с внезапной проверкой полк посетил министр обороны РФ С.Б. Иванов. За выполнением практических полетов министр наблюдал на авиационном полигоне Новоселенгинск. По результатам проверки министр и комиссия ВИМО дали высокую оценку грамотным действиям личного состава. Министр лично поблагодарил командира полка гв. полковника С.В. Дронова и вручил ему именные часы.

Уникальный аэродром позволял выполнять одновременный взлет звена — с параллельных ВПП одновременно взлетали пары Су-24М, Отрабатывалась даже дозаправка в воздухе.

В 2006 г. неприятный сюрприз приготовила погода. В июне половину аэродрома и часть гарнизона с поселком Джила затопила вышедшая из берегов не самая великая река Селенга. Наводнение было столь сильным и стремительным, что смыло железнодорожный мост. Пригодные к полетам Су-24М спешным порядком перегнали на аэродром Степь, а не пригодные — вытащили на сухие участки ВПП и рулежных дорожек.

pic_2312.07.06 с 10 часов утра по московскому времени начался медленный спад воды, затопившей из-за прорыва дамбы военный аэродром Джида и поселок Енхор в Бурятии. Уровень воды поднялся на 1,5–2 метра, в результате чего оказался подтопленным 201 жилой дом, где проживают 717 человек, сообщил представитель МЧС. По его словам, причиной разрушения дамбы стали ливневые дожди, передает РИА Новости. Ранее начальник пресс-службы ВВС РФ Александр Дробышевский заявил, что затоплена стоянка самолетов и служебное помещение аэродрома. Он отметил, что военные успели эвакуировать с аэродрома всю боевую технику.

Осенью 2010 г. гвардейцы перебазировались из Джиды в Челябинск.

В настоящее время полк стал основой гвардейской Оршанской Краснознаменной ордена Суворова III степени авиабазы.

Но история 2-го Гв. БАП далеко не закончена, как бы он в дальнейшем ни именовался.

Михаил Никольский

Поделиться в соц. сетях

0

4 коммент. к 2-й гвардейский Краснознамённый Оршанский ордена Суворова III степени бомбардировочный авиационный полк

  1. Юрий:

    «В общаге воды нет никакой, ни горячей, ни холодной. На вопрос как помыться, дежурная объяснила, как пройти на пруд. Такого я не видел ни до, ни после! На пруду мылись семьями. Жены, дети, мочалки, мыло! Жен, что в таких диких условиях растили детей, оставаясь красивыми и любимыми, создавали, как могли, уют в доме, нужно до конца жизни носить на руках. Жить в Джиде очень непросто. Там можно только служить, надеясь на скорую замену.» — Это всё ложь и поклёп высосанный из пальца или ещё откуда. Карьеры в Джиде чистейшие (тогда были), ходили на пикники и спирт разбавляли водой из карьера. Служил в то время там и не видел, чтоб туда ходили мыться. В посёлке работала гражданская баня, военный БПК, горячей воды летом не было, но у всех были титаны, водонагреватели. До сих пор вспоминаю время службы там с теплотой.

    [Ответить]

  2. Сергей:

    Добавлю еще — Джида, конечно, не Бада (зелени побольше), но чтобы мылись семьями в карьерах, где водятся огромные и вкусные рыбы-гибриды карпы-караси, никогда не видел. Поклеп. Гарнизон обустраивался, коллектив веселый, отдыхали дружно. Чтили погибших друзей и выполняли задачи серьезные, не хуже других.

    Сергей.

    [Ответить]

  3. михаил:

    Служил с 75-го по86г.г. -самые запоминающиеся, прекрасные годы.Многое упущено,на 21-х 2-ой апиб был лидерным полком какой то период, летали в полном объеме КБП днем и ночью со всех видов маневра в составе групп. На М-ках дозаправкой и перелетами на ДВ с ДЗТ в воздухе не многие могли похвастаться, бросали все, что входило в БК.В карьерах ловили рыбу и купались. Холостяки набирали ванну горячей водой из батарей отопления(несмотря ни на что...),было все...!!!

    [Ответить]

  4. А в воду, чтобы её не использовали в ДОСах для помывки, в котельной добавляли авиационный керосин, но мы всё равно мылись горячей водой с керосином.

    [Ответить]

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*