Константинова Тамара Федоровна

konstantinova

Герой Советского Союза Константинова Тамара Федоровна

Родилась 7 ноября 1919 года в деревне Нигерёво, ныне Лихославльского района Тверской области, в семье крестьянина. В 1925 году семья переехала в город Тверь. Окончила среднюю школу. Работала в городе Скопине Рязанской области. Там же училась в аэроклубе. Окончив в 1940 году специальные курсы при Калининском аэроклубе, работала в нём же лётчиком-инструктором.
С марта 1943 года — на фронтах Великой Отечественной войны. С июля 1944 года была пилотом 566-го штурмового полка, с декабря 1944 года — пилотом, заместителем командира эскадрильи 999-го штурмового Таллинского ордена Суворова авиаполка.
К марту 1945 года штурман эскадрильи 999-го штурмового авиационного полка (277-я штурмовая авиационная дивизия, 1-я Воздушная армия, 3-й Белорусский фронт) лейтенант Т. Ф. Константинова совершила 66 боевых вылетов на штурмовку оборонительных сооружений, скоплений войск противника.
29 июня 1945 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, удостоена звания Героя Советского Союза.
После войны старший лейтенант Т. Ф. Константинова — в запасе.
Окончила партшколу, экономический институт. Жила в Воронеже, работала заместителем заведующего в отделе социального обеспечения облисполкома, учреждениях, на заводах и предприятиях.
Награждена орденами: Ленина, Красного Знамени (дважды), Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды; медалями.

*     *     *

В один из послевоенных дней в городе Калинине произошло удивительное событие, никем тогда не замеченное: в скромную квартирку пенсионерки-инвалида, бывшей учительницы Зинаиды Михайловны приехали с фронта сын Владимир и дочь Тамара. В 1945 году нередко случались такие счастливые встречи. Миллионы исстрадавшихся матерей обнимали своих детей, вернувшихся с длительной кровавой войны. А тут случай совсем особый, единственный на всю страну: и Тамара и Владимир — Герои Советского Союза. И она, и он — боевые лётчики, многократно вступавшие в смертельные схватки с врагом в воздухе. И оба — живые, радостные, с Золотыми Звёздами на гимнастерках. Ну как тут не порадоваться, не всплакнуть светлыми слезами их матери?!
Была здесь и младшая дочь Августа, которую звали в семье Гутей.
— Вот и вся наша семья в сборе! — растроганно повторяла Зинаида Михайловна.
Они сидели за праздничным столом, вспоминали довоенную жизнь, давнее и дорогое, рассказывали о буднях войны, о ранах телесных и душевных, о пережитом, и у каждого, даже у 12-летней Гути, было о чем поведать друг другу.
Мать припомнила свою трудную, но по-своему счастливую пору молодости и их раннего детства. Молоденькая учительница, окончившая гимназию с золотой медалью, в годы Гражданской войны оказалась в деревне. Ей полюбился деревенский силач, весёлый крестьянин Фёдор Константинов, человек необычной судьбы. В Первую Мировую войну он служил солдатом, попал в плен, бежал, долгие месяцы пробираясь через всю Европу к родному дому. Учительница и бывший солдат поженились. Сначала все шло хорошо. Жили в деревне, работали, родились дочь и сын — Тамара и Владимир.
Потом переехали в город. Фёдор поступил на фабрику. Что-то у него не заладилось, он стал запивать, менял место работы. Пришли в семью огорчения, неурядицы. В 1937 году отец умер. А мать тяжело заболела, стала инвалидом. На её руках осталось трое детей. Жили бедно, но дружно. Помогала школа. В пионерских лагерях укреплялось здоровье. И Тамара и Владимир заботились о матери, брали на себя многие домашние дела. Они хорошо учились, выделялись в школьном коллективе своей активностью, работали вожатыми, а Володя увлекался спортом, был футболистом. Педагоги говорили Зинаиде Михайловне:
— Хорошие у тебя растут ребята...
— Они работящие, — отвечала она, — мои надёжные помощники, моя опора...
Не знала мать о том, что скоро наступит расставание. После окончания 9-летней средней школы Тамара уехала в город Скопин, поступила в горный техникум. Но вскоре но нужда заставила пойти работать: она поступила преподавателем начальных классов в одну из школ города Скопина.
В те годы молодёжь увлекалась авиацией. Любимыми героями были Чкалов, Громов и другие покорители неба, и Тамара поступила в аэроклуб. Днём работала, а вечером училась, осваивала лётное дело. Она охотно занималась планеризмом, научилась уверенно управлять самолётом У-2. Там она познакомилась с Василием Лазоревым. Молодые люди полюбили друг друга и поженились. Они вместе ходили на занятия, изучали теорию лётного дела, копались в моторах, драили фюзеляжи. А потом начались полёты на планерах.
Когда приступили к учебным полётам на У-2, Тамара быстро и уверенно научилась им управлять. Энергичная, общительная, никогда не унывающая, она верховодила среди девушек-курсантов. Как лучшую выпускницу, её назначили инструктором. Вскоре у них родилась дочка Верочка и они переехали в Калинин, к матери. Там Тамара работала лётчиком-инструктором в местном аэроклубе. А Василий продолжил учёбу в Батайском лётном училище.
Рассказы сестры о полётах, о романтической профессии повлияли и на младшего брата. Окончив 10-летку, Володя подал заявление в авиационное училище. Выросшие, окрепшие помощники выпорхнули из гнезда. Уехал в Оренбургское авиационное училище и брат Тамары — Владимир Константинов.
Вспыхнувшая вдруг война принесла всем членам семьи Константиновых тяжкие испытания. Фронт быстро приближался к Калинину, а на руках у больной Зинаиды Михайловны малолетние девочки — дочка Гутя и внучка Верочка. Учительнице-пенсионерке было не под силу влиться в число беженцев, и она осталась в городе, пережила страшные дни оккупации. Ютились в подвале. Мёрзли. Голодали. Помогали добрые люди. Гутя, бегавшая с ребятами по развалинам, приносила иногда мороженую картошку... Зинаида Михайловна, позабыв о своих болях, прислушиваясь к выстрелам, к разговорам горожан, считала дни в неволе, страшилась за судьбу детей, маленьких, и тех, взрослых, лётчиков. Со слезами на глазах вместе с другими калининцами в морозный декабрьский день она встречала наших воинов, выбивших фашистов из города.
Самое страшное осталось позади. В разрушенный город возвращалась жизнь. Теперь все её тревоги обращены к старшим. Живы ли? Уехали ли на фронт? Может быть, погибли в бою...
С началом Великой Отечественной войны Василий прямо с курсантской скамьи уехал на фронт. Он сражался в небе Ленинграда. Тамара, закончив курсы медицинских сестёр, работала в одной из авиационных частей.
И вот пришла весточка от Тамары: «Здравствуйте, мама, Гутя и Вера! Что же вы до сих пор молчите и какой ваш точный адрес? Я послала вам 500 рублей на почтамт. Получили ли?..» Дочь интересовалась, как они живут, в чём нуждаются, сообщала, что муж Василий на фронте, бьёт фашистов под Ленинградом.
Тамара обрадовалась, получив в ответ письмо от матери. Осталась одна забота — узнать, что с Василием, почему не пишет. Шли одна за другой длинные недели, а вестей всё нет и нет. Она вчитывалась в скупые сводки с Ленинградского фронта, с замиранием сердца ждала почтальона. И наконец поступило известие. Штабной конверт. Чужой почерк. Сердце тревожно сжалось. Прочитав письмо, немного успокоилась: нет, не убит, ранен. В одном из боёв Василий был сбит и сильно обгорел. Его эвакуировали в госпиталь, в Пермь.
Она поспешила в далекий город — увидеть его, приободрить, помочь. Три долгих месяца боролся за жизнь мужественный лётчик, её муж, тяжело раненный в воздушном бою. Врачи пытались его спасти. Самоотверженно старалась вернуть любимого к жизни Тамара, не верила, что случится непоправимое. Но смерть не выпустила его из своих безжалостных цепких когтей. У могилы В. И. Лазарева, лётчика, её дорогого человека, Тамара Фёдоровна поклялась отомстить врагу и занять его место — стать военной лётчицей. Она написала матери: «Еду на фронт. Если погибну, мама, не бросай Верочку».
Так она решила. Но не так просто женщине попасть в действующую часть. В военкомате ей сказали:
— На лётчиков разнарядки пока нет. Ждите...
Тамара не могла спокойно ждать. Каждый день, прожитый в тылу, она считала пропавшим, прожитым бесцельно. Ещё и ещё она ходила в военкомат, и, наконец, её зачислили в роту связи на Волховском фронте, водителем грузовой машины.
— Ничего, — сказала лётчица, — машина не та, но всё ближе к передовой.
Подразделение, хотя и числилось ротой связи, за исключением командира и двух его помощников, состояло из девушек и занималось доставкой снарядов к линии фронта. Всё время они были в разъездах. Это была нелёгкая работа: артиллерийские обстрелы и налёты вражеских истребителей быстро стали обыденным явлением в их фронтовой жизни... Но никакие трудности не охладили её желания драться с фашистами. Из кабины грузовика Тамара с тоской смотрела на пролетавшие самолёты. «Вот бы на штурмовик! — мечтала она. — Сверху виднее фашистов. Я б дала им прикурить!»
Её рапорты с просьбой зачислить в авиацию где-то долго ходили, и она нервничала.
konstantinova2Вскоре Тамаре удалось добиться своего: её направили в 386-й полк лёгких ночных бомбардировщиков. Начались боевые вылеты на маленьком У-2, на которых она летала в аэроклубе, научив летать сотни скопинских и калининских курсантов. Но прослужила она там недолго, вскоре её перевели в эскадрилью связи — на тот же самый У-2. Пожалел Тамару командир лёгкобомбардировочного полка — не захотел посылать под огонь, на риск и смерть, а получилось как в известной поговорке: из огня да в полымя. На бомбёжку она теперь не летала, но развозила секретную почту, офицеров связи, иногда и больших командиров. И всё это очень близко к линии фронта.
Если раньше, летая на бомбёжку, Тамара опасалась только зениток, то теперь за ней стали охотиться истребители. Если раньше она летала только в темноте и ночь была её надёжным союзником, то теперь, когда она летала в светлое время суток, ясный солнечный день стал её недругом. Дважды она прилетала на изрешечённом самолёте.
Доставить в назначенный час секретный пакет, избежав при этом встречи с истребителем, или же, встретившись с ним, благополучно от него уйти — это конечно было большое искусство. Но Тамаре оно было не по душе. Не нравились ей такие полёты, когда надо скрываться, маскироваться и всё время прятаться от врага. Не по душе был и легкокрылый У-2. Она чувствовала, что ей нужен боевой самолёт, грозное оружие, на котором она могла рассчитаться с врагом за всё, что накипело в душе.
— Разрешите летать на боевом самолёте, на штурмовике.
— Женщины на штурмовиках не летают, — отвечали ей, — машина тяжёлая.
— Но я же сильная! — убеждала Тамара. — Я спортсменка. И хочу мстить фашистам!
И она добилась своего...
Её настоятельную просьбу удовлетворили. Уже в мае 1944 года Тамара попала в 15-й отдельный учебно-тренировочный авиаполк, где успешно освоила штурмовик Ил-2. А вскоре, в один из ненастных дней июля 1944 года, Константинова прибыла в 566-й штурмовой авиаполк 277-й штурмовой авиадивизии, расположенный на Ленинградском фронте под Кингисеппом. Ей вручили новенький Ил-2 с бортовым номером «10» и началась боевая работа...
Вначале многие лётчики смотрели на неё, как на диво. Женщина на штурмовике! Виданное ли дело? Она стерпела и косые взгляды, и плохо скрываемые насмешки. Её мечта исполнилась! Да и насмешники скоро перевелись. Новенькая не хуже мужчин владела машиной, проявила отвагу и смекалку и умение помочь в воздухе другу.
Её верным боевым другом, стрелком-радистом в экипаже, стала молоденькая девчушка Шура Мукосеева. До прихода Тамары в полк она была мотористом. И вот в полку появилась женщина-пилот, молчаливая, с серыми спокойными глазами, но только нередко тоскливыми, грустными. Шура поинтересовалась: кто она, откуда? Ей ответили, что лётчица пришла из запасного полка, перешла с У-2 на штурмовик, решив на нём воевать и мстить за погибшего мужа-лётчика. И Шура решилась, выбрав момент, она попросила Тамару взять её в экипаж воздушным стрелком. Тамара согласилась. Так они и стали летать вместе.
Однажды Константинова вылетела на разведку. Как всегда она вела самолёт очень внимательно, учитывая обстановку и метеоусловия. Первая увидела пару «Мессеров» Шура. Она открыла огонь по заходившим с хвоста истребителям. Тамара моментально развернулась в сторону солнца. Противник последовал за ней и оказался ослеплённым яркими лучами. Зато в прицеле Мукосеевой вырисовывался чётко. Короткая очередь — и один из «Мессеров» загоревшись, рухнул вниз. Вот так слаженно, дружно они воевали.
Экипаж Константиновой-Мукосеевой быстро стал одним из лучших в полку. Тамара была довольна своей подругой. Вот что писала она своему брату Владимиру:
«...Если бы ты знал, как это хорошо, когда у тебя за спиной верный надёжный товарищ. Я говорю о своём воздушном стрелке Шуре Мукосеевой. Девчонка, а сколько в ней смелости, твёрдости. Настоящий кремень. А сколько боевого умения! Идя в атаку, я никогда не смотрю назад. Уверена, туда смотрит Шура. И всё видит. Ещё не было случая, чтобы вражеский истребитель атаковал нас внезапно. Двух она уже сбила! Короче, я за ней, как за стеной каменной...»
Вместе с другими лётчиками Тамара летала на штурмовку вражеских позиций, на разведку переднего края обороны противника.
В одном из вылетов их самолёт был подбит и пришлось садиться на вынужденную. Хорошо что дотянули до своей территории...
Шло время. Позади остались бои за Нарву и Псков. Наши войска освободили уже Эстонию. Вот и Восточная Пруссия. В декабре 1944 года лейтенант Константинова — опытный воин, кавалер боевых орденов, переводится в соседний 999-й полк той же 277-й дивизии. Переводится с повышением — командиром звена. И вновь боевая работа, теперь уже в новом коллективе.
Штурмовик Ил-2 далеко не дамский самолёт, а вот Тамара Константинова летала на нем довольно успешно. Весь Ленинградский фронт знал, что в 999-м штурмовом авиационном полку служит женщина-штурмовик, а при ней... 5-летняя дочка!
У Тамары так уж сложились обстоятельства. Её мать, Зинаида Михаловна — учительница, была тяжело больна, а сестрёнка Августа — ещё маленькая. Обстановка в Калинине после освобождения города складывалась тяжёлой, так что дочка Тамары осталась с матерью на аэродроме. У нее было много друзей: лётчики, воздушные стрелки, механики, девушки-оружейницы. Кто оказывался свободен, тот с ней и занимался. И когда Тамара улетала на боевое задание, она знала, что для дочки нет ничего надёжнее, теплее и ласковее рук её однополчан, боевых товарищей...
Но не только дочкой прославилась Константинова, а и мастерством бомбовых и штурмовых ударов по вражеским позициям. В её лётной книжке есть такие записи: «Штурмовой удар по зенитным и артиллерийским батареям противника», «Штурмовой удар по траншеям в районах Раушен, Шигиштиммен, Хабихтау, Бракупенен», «Удар по эшелону противника на железнодорожном перегоне», «Удар по танкам противника», «Разведка...»
Командир полка Павел Зеленцов отмечал, говоря о лётчице, что она отлично летает, точно бомбит и стреляет, четко держится строя, а ещё она — надёжный товарищ в бою!
Она летала без устали, увлекая примером бесстрашия лётчиков, со знанием дела, расчётливо руководила боем. Уже вскоре она была назначена заместителем командира эскадрильи, а затем и её штурманом.
Поддерживая наступающие войска Ленинградского, а затем 3-го Прибалтийского фронтов, её эскадрилья уничтожила большое количество техники врага, обеспечив продвижение наших танков и пехоты. Не уклонялась пилот Константинова и от схваток в воздухе с фашистскими истребителями. О её боевой деятельности в 1945 году «Военно-исторический журнал» позже писал:
«В Восточной Пруссии Тамара Фёдоровна за 3 месяца сделала более 40 боевых вылетов. Меткими штурмовыми ударами она уничтожила и повредила 25 орудий и миномётов противника, 18 зенитных орудий и другую боевую технику. 16 января 1945 года Константинова, сопровождая наземные войска, обнаружила и уничтожила хорошо замаскированную батарею, обеспечив тем самым продвижение нашей части. В другом бою лётчица, преодолев зенитный огонь, прорвалась к Кёнигсбергу и нанесла бомбовый удар по военным объектам. В районе Цинтен она за один вылет 12 раз штурмовала огневые позиции врага и уничтожила 4 орудия».
Константинова совершила за короткий срок столько вылетов, что их впору выполнить двум-трем лётчикам. Когда друзья высказывали ей свое восхищение этой неутомимостью, она говорила:
— А я и сражаюсь за двоих — за себя и за мужа, за Василия. И сколько бы я ни побила фашистов, мне всегда будет мало.
Командование многократно объявляло отважной женщине — штурмовику благодарность. На гимнастёрке её появились ордена — Красной Звезды и Красного Знамени.
Конечно, однополчане старались оберегать свою подругу в бою. Однажды, когда Тамару атаковал вражеский истребитель, ведущий группы «Илов» — капитан Афанасий Мачнев загородил её своим самолётом. Вся порция свинца досталась ему. С большим трудом дотянул он до своей территории...
В одном из вылетов, во время атаки танков, группа штурмовиков попала под интенсивный зенитный огонь. Константинова ощутила удар в мотор самолёта, вслед за этим увидела изморозь на стеклах фонаря и почувствовала характерный запах гари от прямого попадания в мотор. Тяга мотора падала, и самолёт стал терять высоту. А под крылом — буераки, овраги, бой...  Лётчица пробовала менять обороты, включала форсаж, чтобы восстановить устойчивую работу мотора, но это ей не удавалось. Товарищи продолжали атаковать цель, а она, выйдя из строя, развернула штурмовик на восток.
Летит, а на земле всё ещё вражеская техника и бьют по её штурмовику из всего, что только можно поднять в небо. Правда, двигатель периодически развивал полные обороты. Самолёт тогда разгонял скорость и набирал высоту, а спустя некоторое время, опять снижался. Откуда ни возьмись, появились вражеские истребители и атаковали его с двух сторон. Когда немцы проскочили вперед, Тамара ударила по ним из всего оружия, какое было на Ил-2. Один «Мессер» задымил, а второго, и ещё одну пару, отогнали наши подоспевшие истребители.
Совсем немного не долетела Тамара Фёдоровна до своего аэродрома. Села она на ровное поле, окружённое вековыми деревьями. При осмотре оказалось, что у штурмовика полностью перебита водяная труба, ведущая к радиатору. Все это время мотор тянул, охлаждаясь, по существу, одним только маслом.
На второй день после этого вылета Тамара улетела на По-2 с дочкой в Калинин. Отвезла её к матери. Там она узнала радостную весть — брату Владимиру 13 апреля 1944 года присвоено звание Героя Советского Союза.
Брат и сестра — боевые лётчики, оба многократно вступали в смертельные схватки с врагом в воздухе. Тамара — на штурмовике Ил-2, из рядового лётчика стала заместителем командира эскадрильи. Владимир — на По-2 в 25-м Гвардейском ночном лёгкобомбардировочном полку.
В часы передышки Тамара писала в Калинин матери, мечтала о встрече с дочкой, передавала привет Гуте и Владимиру. Их пути не пересекались. Они знали друг о друге немногое, чаще всего по письмам матери.
konstantinova3К концу войны Тамара Фёдоровна совершила 69 успешных боевых вылетов. 29 июня 1945 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с врагами, ей так же было присвоено звание Героя Советского Союза.
После войны старший лейтенант Т. Ф. Константинова ушла в запас. Но лётчик без неба не может, и Тамара пошла работать в Гражданский Воздушный Флот. Она летала, возила пассажиров по области. До тех пор, пока не случилась авария — перегоняли в ремонт два самолёта По-2, попали в низкую, до самой земли, облачность. Ведущий зацепился за столб, Тамара за землю. Перелом бедра, ушибы. Напомнили о себе и фронтовые ранения. И дорога в небо оказалась для неё навсегда закрытой.
Тамара Фёдоровна поступила на завод, была бригадиром. Потом её избрали председателем заводского комитета профсоюза. В 1954 году она поступила в вечернюю школу, потом в Воронежскую высшую областную партшколу. По её окончании Константинову назначили заместителем заведующего Воронежским отделом социального обеспечения. Для успешной работы на новом месте пришлось поступить на заочное отделение Московского планово-экономического института, которое успешно окончила в 1965 году.
Живя в Воронеже, Тамара Фёдоровна вела большую общественную и военно-патриотическую работу. Единственную в области женщину-Героя повсюду хотели слышать и видеть. И она никогда не отказывалась: выступала в школах и различных учреждениях, на заводах и предприятиях.
...В мае 1975 года в знаменательный день 30-летия Победы прославленные фронтовые лётчики, Герои Советского Союза старший лейтенант в отставке Тамара Фёдоровна Константинова и полковник Владимир Фёдорович Константинов, брат и сестра, были на приёме в ЦК ВЛКСМ. Затем Тамара Фёдоровна, как член Комитета советских женщин, была на приёме в Кремле. Позже выступала перед работниками Московского метростроя. В тот же день брата и сестру пригласил к себе Председатель ЦК ДОСААФ СССР трижды Герой Советского Союза Александр Иванович Покрышкин и вручил им Почётные знаки и грамоты.
Между ними состоялась тёплая, дружеская беседа. Им было что вспомнить, было о чём поговорить. Тем более, что воевали они в разных родах авиации, сражались с врагом на самолётах разных типов: Александр Покрышкин — на истребителях, Тамара Константинова — на штурмовиках, Владимир Константинов — на лёгких ночных бомбардировщика. У каждого было что-то своё, особенно интересное: техника, тактика, способы ведения боевых действий.
Не частое это явление, когда брат и сестра — оба лётчики, и оба — Герои Советского Союза. Вот почему Александра Ивановича, пригласившего к себе фронтовиков-авиаторов, интересовали не только их боевые дела в годы войны, но и биография Константиновых. Шёл живой разговор о местах, где они росли и учились, о пионерских лагерях под Калинином, об авиомодельных кружках оборонного Общества и полётах в аэроклубе...

Тимофеева (Егорова) Анна Александровна

timofeeva

Герой Советского Союза Тимофеева (Егорова) Анна Александровна

Тимофеева (Егорова) Анна Александровна — лётчик-штурмовик, штурман 805-го штурмового авиационного полка (197-я штурмовая авиационная дивизия, 16-я воздушная армия, 1-й Белорусский фронт), старший лейтенант.
Родилась 23 сентября 1918 (по документам – 1916) года в деревне Володово Кувшиновского района Тверской области в крестьянской семье. Русская. После школы уехала в Москву, к старшему брату.
Работала на Метрострое первой очереди. Чтобы устроиться на работу приписала себе 2 года, исправив год рождения с 1918 на 1916. После учебы в ФЗУ «Стройуч», где Анна получила профессию арматурщицы, работала на станциях «Красные ворота», а следом — и на «Динамо», где трудилась чеканщицей, машинистом подъема, слесарем по ремонту отбойных молотков, перфораторов. Без отрыва от производства окончила рабфак, а затем планерную школу и аэроклуб. В 1938 году была направлена в Ульяновскую школу лётчиков Осоавиахима, но после ареста старшего брата, как родственник «врага народа» была отчислена, и уехала в Смоленск, устроилась работать на льнокомбинат, занималась в аэроклубе. Вновь получила направление в школу лётчиков, на этот раз в Херсон. По её окончанию в 1939 году Егорова направлена в Калининский аэроклуб, где работала инструктором.
В начале войны получила направление в аэроклуб города Сталино (Донецк). По прибытию в город обнаружила, что все эвакуировались. Была зачислена лётчиком в 130-ю отдельную авиационную эскадрилью связи Южного фронта. Летала в ситцевом платьице с оборкой, в резиновых тапочках и голубой косынке под изрядно поношенным аэроклубным шлемом. Таких, как Аня, кадровые военные называли ЧБЗ — человек без звания. Она возила на передовую кровь для раненых, боевые приказы и простые солдатские письма, держала связь с попавшими в окружение войсками, в том числе с конным корпусом генерала Пархоменко.
На невооружённом У-2 (По-2) совершила около 100 вылетов, и не только по доставке документов, но и на разведку, и поиск в тылу врага окружённых частей. В феврале 1942 года Егорова была награждена орденом Красного Знамени.
Весной 1942 года под Изюмом «мессер» поджёг «утёнок» Егоровой. Спасаясь от, казалось бы, неминуемой гибели, лётчица положила горящий самолёт на крыло и крутым скольжением устремилась к земле. От фанерного «кукурузника» могла остаться лишь груда пылающих обломков, но лётчица посадила машину. Фашист пришёл в ярость, метнулся к земле, поливая огнём лётчицу. Егорова упала в траву, притворившись убитой. Это и спасло её от верной смерти.
timofeeva2Осенью 1942 года Егорова добилась перевода в штурмовую авиацию. После учебно-тренировочного полка была направлена в 803-й штурмовой авиационный полк 230-й штурмовой авиационной дивизии. В составе полка прошла до конца войны от рядового лётчика до штурмана полка. Участвовала в боях на Тамани, освобождении Крыма, Украины. За подвиг при постановке знаменитой дымовой завесы, под прикрытием которой наши войска прорвали хваленую «Голубую линию» обороны врага под Новороссийском, была награждена орденом Красного Знамени.
Егорова была единственной в полку женщиной-пилотом, а позднее вместе со стрелком Дусей Назаркиной она составила первый женский экипаж в штурмовой авиации. Когда Анна Егорова попала на 1-й Белорусский фронт, на её счету значилось уже 243 боевых вылетов.
20 августа 1944 года войска 8-й гвардейской армии отбивали яростные атаки на Магнушевском плацдарме. На помощь гвардейцам вылетела очередная группа штурмовиков в составе 16 самолётов, и вела их в бой штурман 805-го штурмового авиационного полка лейтенант Егорова.
Над Вислой лётчиков встретил мощный огонь зенитных батарей. Внизу, поднимая облака пыли, шли немецкие танки. Они приближались к нашей пехоте. Лётчица ринулась в атаку. Засверкали огненные трассы пушечных снарядов, смертоносным градом посыпались с самолётов противотанковые бомбы. Прошла минута, и на земле уже пылали «тигры», замерли «пантеры» и «фердинанды». Во время второго захода на цель длинные трассы зениток скрестились перед самолётом Егоровой, и в тот же миг самолёт горящим факелом пошёл вниз...
timofeeva3В тот день командир полка послал матери Анны Егоровой похоронную, а командованию армии — наградной лист с ходатайством о присвоении штурману полка звания Героя Советского Союза, посмертно.
В действительности тяжело раненная и обожжённая Анна Егорова без сознания попала в плен. Прошла несколько лагерей, в том числе и Кюстринский. В январе 1945 была освобождена танкистами 5-й ударной армии из лагеря «ЗЦ», где содержалась в карцере.
После проверок и медкомиссии, не допустившей её к лётной работе, вернулась в Москву на Метрострой. Вышла замуж за В. Тимофеева, бывшего командира дивизии, в которой воевала.
Представление к высокому званию в годы войны «затерялось», и лишь благодаря стараниям однополчан, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 мая 1965 года Тимофеевой (Егоровой) Анне Александровне присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 10679).
Жила в Москве. До выхода на пенсию работала в Московском метрополитене. Умерла 29 октября 2009 года. Похоронена на Даниловском кладбище в Москве.
Награждена орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, медалями, так же польским Серебряным крестом заслуг; орденом Российской Православной церкви «За честь и доблесть».

Быстров Николай Игнатьевич

Bistrov

Герой Советского Союза Быстров Николай Игнатьевич

Быстров Николай Игнатьевич — заместитель командира эскадрильи 996-го штурмового авиационного полка (224-я штурмовая авиационная дивизия, 8-й штурмовой авиационный корпус, 8-я воздушная армия, 4-й Украинский фронт) старший лейтенант.
Родился 30 июля 1922 года в деревне Стунино, ныне Бабаевского района Вологодской области, в семье крестьянина. Русский. В 1929 году семья покинула Вологодчину и обосновалась в деревне Кургановка ныне Марьяновского района Омской области, вступив в колхоз «Память Войкова». Здесь Николай окончил 7 классов сельской школы и поступил в Омский педагогический техникум. Одновременно, без отрыва от учебы, поступил в Омский аэроклуб. Не закончив и 1 курс техникума, перешел полностью на учебу в аэроклуб. С конца 1939 года одновременно работал учеником электромонтером на заводе имени Коминтерна.
В апреле 1940 года, по окончанию учебу в аэроклубе, был призван в Красную Армию и направлен в Омскую военную авиационную школу летчиков. В декабре того же года сдал выпускные экзамены и был оставлен в школе летчиком-инструктором. Здесь встретил начало Великой Отечественной войны.
В октябре 1942 года был направлен в действующую армию, в ноябре зачислен в состав 996-го штурмового авиационного полка, с которым прошел всю войну. Уже в полку, самостоятельно переучился на самолет-штурмовик Ил-2. С марта 1943 года участвовал в боевых вылетах. Воевал на Западном, 1-м и 4-м Украинских фронтах.
К марту 1945 года заместитель командира эскадрильи старший лейтенант Быстров совершил 120 боевых вылетов, из них на штурмовку переднего края обороны, скоплений живой силы и техники противника – 97, на разведку — 21. Лично своими действиями уничтожил и повредил до 25 танков, до 75 автомашин, до 800 солдат и офицеров противника, подавил до 8 артиллерийских батарей противника.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 июня 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство старшему лейтенанту Быстрову Николаю Игнатьевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№7499).
После войны продолжи службу в армии. В 1949 году окончил Высшие офицерские лётно-тактические курсы. С 1956 года подполковник Быстров — в запасе.
Жил в городе-герое Москве. Работал старшим инженером на Долгопрудненском машиностроительном заводе. Скончался 27 декабря 1994 года.
Награжден орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени (12.08.1944, 29.09.1944, 22.12.1944), двумя орденами Отечественной войны 1-й степени (12.05.1944, 11.03.1985), двумя орденами Красной Звезды (27.07.1943, 19.09.1943), медалями.
В городе Омске на здании педагогического училища № 1 установлена мемориальная доска с его именем.

Серёгин Владимир Сергеевич

sereginСерёгин Владимир Сергеевич — старший лётчик 672-го штурмового авиационного полка 306-й штурмовой авиационной дивизии 10-го штурмового авиационного корпуса 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта, лейтенант.
Родился 7 июля 1922 года в Москве в семье служащего Московского почтамта. Русский. Член ВКП(б)/КПСС с 1945 года. Окончил 10 классов.
В 1940 году добровольцем вступил в Красную Армию. В 1943 году окончил Тамбовскую военную авиационную школу пилотов.
На фронтах Великой Отечественной войны с октября 1943 года. Был рядовым лётчиком, затем водил в бой группы от 4 до 8 самолётов. Воевал в небе Украины, Молдавии, Румынии, Болгарии, Югославии. Освобождал Венгрию и Австрию.
При штурмовке скоплений техники противника у озера Балатон выдержал бой с шестёркой «фокке-вульфов». Будучи раненым, на изрешечённом самолёте дотянул до аэродрома, где совершил посадку на одно шасси. Сбил в этом бою один истребитель.
Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 4990) лейтенанту Серёгину Владимиру Сергеевичу присвоено 29 июня 1945 года за 140 боевых вылетов на штурмовку вражеских войск, разведку и фотографирование важных объектов противника.
Всего во время войны совершил около 200 боевых вылетов на штурмовку наземных войск, техники, аэродромов, эшелонов и других военных объектов противника, в 19 воздушных боях сбил 3 самолёта противника.
После войны продолжал служить ВВС СССР. В 1953 году В.С. Серёгин окончил инженерный факультет Военно-воздушной инженерной академии имени Н.Е.Жуковского и в соответствии с его желанием был назначен в испытательный институт ВВС. Полёты в качестве лётчика-испытателя он начал на самолёте УТИ МиГ-15. Хорошая инженерная подготовка, опыт лётчика, прошедшего суровую школу войны, позволили Серёгину быстро войти в строй лётчиков-испытателей. Ему не раз приходилось попадать в трудные ситуации, совершая сложные испытательные полёты, в том числе при выработке рекомендаций по минимуму погоды при заходе на посадку, по установлению лётных ограничений и т.д. В одном из полётов разрушились рули управления опытного самолёта. С риском для жизни сумел совершить посадку на аэродроме.
В мае 1958 года ему была присвоена квалификация лётчика-испытателя 2 класса, в 1967 году — 1 класса. С 1964 года он военный лётчик 1-го класса, причём эту квалификацию подтверждал дважды — в 1966 и 1967 годах. Имел почти пятилетний опыт инструкторской работы. Общий налёт — более 4 тысяч часов.
27 марта 1968 года командир учебного полка Центра подготовки космонавтов полковник-инженер Серёгин вместе лётчиком-космонавтом полковником Ю.А.Гагариным выполнял тренировочный полёт на УТИ МиГ-15 в качестве инструктора. В районе деревни Новосёлово Киржачского района Владимирской области по невыясненной причине самолёт вошёл в штопор, для вывода из которого не хватило высоты. Экипаж погиб...
Урна с прахом Серёгина установлена в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.
Награждён орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны 1-й и 2-й степеней, 4 орденами Красной Звезды, медалями.
Его имя носят улицы в Москве (рядом с ВВИА имени Жуковского) и Донецке. Его именем в разное время были названы улицы в городах: Киржач, Курске, Россоше, Полтаве, Усолье-Сибирском и Фрунзе (ныне Бишкек).

Кобылаш Сергей Иванович

kobilash

Герой Российской Федерации Кобылаш Сергей Иванович

Советский и российский военный деятель, военный лётчик, участник Первой и Второй чеченских войн, войны в Южной Осетии в 2008 году, начальник авиации Военно-воздушных сил России (с 13 ноября 2013 года).
Генерал-майор авиации, Герой Российской Федерации (5 сентября 2008 года).

В 1987 году окончил Ейское высшее военное авиационное училище летчиков имени В. М. Комарова, после чего проходил службу на должностях летчика, старшего летчика, командира звена, заместителя командира эскадрильи, командира эскадрильи, заместителя командира полка, командира полка, командира базы 1 разряда.
В 1994 году окончил Военно-воздушную академию им. Ю. А. Гагарина. Участвовал в боевых действиях на территории Чеченской Республике, выполнил несколько десятков боевых вылетов.Читать далее...

Покликушкин Александр Васильевич

poklikushkin

Герой Советского Союза Покликушкин Александр Васильевич

Родился 28 Октября 1913 года в селе Гусь Железный Касимовского уезда Рязанской губернии (ныне Касимовский район Рязанской области), в семье рабочего. Образование начальное среднее. С Сентября 1932 года в Красной Армии. Служил на дальнем Востоке. В 1939 году участвовал в боях с японцами на реке Халхин-Гол. В 1941 году окончил Качинскую военную авиационную школу пилотов.

С Июня 1942 года в действующей армии. Воевал на Западном, Юго-Западном, Сталинградском, Южном и 4-м Украинском фронтах.

К Февралю 1944 года командир звена 74-го Гвардейского Сталинградского штурмового авиационного полка (9-я Гвардейская штурмовая авиационная дивизия, 8-я Воздушная армия, 4-й Украинский фронт) гвардии лейтенант А. В. Покликушкин совершил 692 боевых вылета на самолёте У-2 ночью, нанёс большой урон в военной технике и живой силе противнику.

В период борьбы за Сталинград довёл бомбовую нагрузку на свой самолёт У-2 до 300 кг. Летал с максимальным напряжением, совершал в ночь по 6-7 вылетов.

Затем прошёл переподготовку для полётов на самолёте Ил-2. Замечательно проявил себя и при атаках наземных целей. Только за время боёв на юге Украины совершил 69 успешных боевых вылетов на штурмовку скоплений живой силы, военной техники, складов противника, участвовал в разгроме танковой дивизии СС «Мёртвая голова». В 9 воздушных боях сбил 3 бомбардировщика.

В последующем действовал так же решительно и сноровисто. Принимал участие в освобождении Крыма, Белоруссии, Прибалтики. Всего совершил более 150 боевых вылетов на штурмовике Ил-2.

1 Июля 1944 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с врагами, удостоен звания Героя Советского Союза.

18 Марта 1945 года Гвардии капитан А. В. Покликушкин погиб в воздушном бою на территории Германии, возле города Растенбург (ныне город Кентшин, Польша), где и был похоронен. После войны прах Героя был перенесён в Варшаву, на кладбище воинов Советского Союза.

Награждён орденами: Ленина  (дважды), Красного Знамени   (трижды), Александра Невского, Отечественной войны 1-й и 2-й степеней; медалью. Одна из улиц посёлка Гусь-Железный носит имя Героя. На здании школы, где он учился, установлена мемориальная доска.

*     *     *

В большом мещерском селе Гусь-Железный была единственная на весь тогдашний Бельковский район средняя школа. Весной, когда по здешним топким дорогам не пройти, ни проехать мальчишки из окрестных сёл и деревень устраивались в Гусе на квартиру. Теперь одна из улиц этого города носит имя отважного лётчика — штурмовика Александра Васильевича Покликушкина.

Наверное, и много лет назад она была такой же, эта тихая улица. Впрочем, нет: коренастые раскидистые деревья были тогда ещё тоненькими, и небо ещё не было перечёркнуто линиями проводов, а вместо нынешних водопроводных колонок скрипели высокие колодезные журавли. Лишь закаты над прудом алели так же. И, должно быть, любуясь на эти закаты, 18-летний сплавщик Шурка Покликушкин с трепетом ждал, не появится ли из-за горизонта заветная маленькая рокочущая точечка...

Он с детства мечтал стать лётчиком, парнишка из глубинного мещерского села, где не было ни аэроклуба, ни авиамодельного кружка, где лишь изредка мелькали в небе крылья аэроплана. Но о Шуркиной мечте знала вся улица. Даже соседская девчонка Нинка, как-то сразу и неожиданно вымахавшая в невесту, возвращаясь заполночь с танцплощадки, пела озорные куплетики:

Скрылась в небе точечка самолёта.
Буду  ждать  я  лётчика  из  полёта.

А такого парня, как Шурка, наверно, можно было бы ждать. Голубые его глаза смотрели мягко и добро. Когда он, по-юношески угловатый, с багром через плечо, возвращался со сплавного участка, под его мокрой от пота рубахой играли литые мускулы.

Мать не могла наглядеться на красавца сына, а отец, кавалер Георгиевского креста за японскую кампанию, Василий Александрович Покликушкин, очень хотел, чтобы его старший непременно стал военным. При этом старик ругал себя. Отец 7-х детей, он был вынужден оторвать Шурку от школы по 5-му году учёбы, взял к себе в помощники на сплав леса. А с четырьмя классами — известное дело! — в лётчики не берут...

И лишь младший брат Колька безоговорочно верил в исполнение Шуркиной мечты. Трогательная любовь связывала братьев. Вместе в детстве бегали они в лес по грибы, вместе удили в пруду рыбу, а когда подросли, вместе стали ходить на танцплощадку. У красавицы Нинки не было более надёжных защитников, чем они.

— Ничего! — переживая за сына, успокаивая себя и его, говорил Василий Александрович. — Ничего, Шура! Через пару годков пойдёшь в армию — глядишь, там и дойдёшь до дела. Прилетишь в Гусь на ероплане — всем нос утрёшь !

Не знал тогда старый солдат, да и никто, кроме Кольки, не знал, что в армию Шурка уйдёт не через два года, как положено по возрасту, а нынешней же осенью — добровольцем, по комсомольскому призыву. В райвоенкомате уже давно лежало его заявление...

Это воскресное июньское утро перепутало все планы. Планы молоденького лётчика, только что условившегося с невестой о дне свадьбы. Планы его большой семьи, разбросанной по стране. Планы всей необъятной Родины. Началась война...

«Ты прости, Ниночка, но свадьбу придётся отложить до победы. Третьи сутки где-то идут бои, третьи сутки сижу в кабине и жду приказа на боевой вылет. А приказа пока не дают...»

О чём он думал в те минуты? О чём он думал, когда писал торопливые строки письма, когда рвался в бой? Наверное, тревожился за судьбу брата Кольки, служившего пулемётчиком на пограничной заставе в Литве. Ведь для Николая война началась 22 июня ровно в 4 часа утра... Должно быть, не покидала лётчика и тревога за мать, уехавшую в Ростов навестить родственников. Ведь Ростов, говорят, уже бомбили... И конечно же лётчику было обидно, почему до сих пор нет приказа на вылет. Не пускали бы какого-нибудь новичка — понятное дело. А у него, у Покликушкина, за плечами был уже Халхин-Гол!

Надо сказать, что опыт и командирское звание дались ему нелегко. Поначалу служил рядовым мотористом в лётной части, потом младшим авиатехником. В 1935 году его как отличника сверхсрочной службы, сдавшего экстерном за 7-летку, направили в Борисоглебское авиационное училище. А затем Монголия, Север, Средняя Азия... И, наконец, вот этот маленький полевой аэродром неподалеку от Смоленска.

«Ты знаешь, у нас тут цветут ромашки. Войны вроде бы и нет. Но я уже слышал эхо взрывов... Только бы был приказ! Уж я — то не струшу, ты знаешь меня...»

И приказ пришёл. Но это был приказ об отступлении. Эскадрилья, в составе которой числился Александр Покликушкин, спешно оттягивалась назад, к столице.

...Он начал войну как защитник Москвы. Первые боевые вылеты. Первые тонны смертоносного груза, сброшенные на голову противника. Первые сбитые вражеские самолёты...

Вот другое его письмо — такое же треугольное, такое же пожелтевшее от времени. На почтовом штемпеле дата: ноябрь 1942 года.

«Нина, Николай погиб! Об этом мне написали его товарищи... А от матери никаких вестей. Вероятно, она так и не успела выехать из Ростова, осталась в тылу врага. Только теперь я понял, как люблю свою мать! Ведь она у меня одна. Одна, как Родина. И сын я у неё теперь остался тоже только один. Что ж, буду отныне драться за двоих — за себя и за Кольку...»

Гремела грандиознейшая в истории Сталинградская битва. Более 500 раз в те дни поднимался над пылающими руинами самолёт, на борту которого белела размашистая надпись: «За Николая!». Дерзко, чуть ли не с бреющего полёта сбрасывались бомбы в немецкие окопы и траншеи, на артиллерийские и миномётные батареи...

Имя бесстрашного лётчика стало всё чаще появляться во фронтовой печати. О своём славном земляке не раз писала и Рязанская областная газета. «В одну из тёмных осенних ночей, — говорилось в корреспонденции „Лётчик-герой“, — Покликушкин развешивал над городом яркие фонари — светящиеся бомбы, помогая своим товарищам найти обречённую на уничтожение цель. Вражеские зенитчики открыли по нему ожесточённый огонь. Приходилось ежеминутно изворачиваться среди рвущихся огненных шаров. Один снаряд разорвался почти перед глазами лётчика, заставив его невольно зажмуриться в ожидании неотвратимого, а может быть, рокового удара. Машину резко рвануло, опрокинуло через крыло и штопором закрутило вниз, к земле...»

О чём он думал, этот простой русский парень из касимовского села, в те короткие, жуткие мгновения? Впрочем, вероятно, думать было некогда. Вероятно, взгляд упал на стрелку высотомера, которая скачками приближалась к нулю. Вероятно, машину трясло, как старую телегу на выщербленной, ухабистой мостовой. До какого же предельного, взрывного накала пришлось напрячь нервы, чтобы всё-таки подчинить машину себе!

«Только у самой земли удалось вывести самолёт в горизонтальный полёт», — пишет далее автор. И сколько потрясающей человеческой выдержки, сколько находчивости и героизма скрыто за этими скупыми будничными строками!

А ведь схватка со смертью была для Покликушкина уже не первой. Вот ещё одна вырезка. В ней говорится о том, как подразделение Александра Покликушкина, разбомбив танковую колонну противника, вступило в бой с превосходящим по численности врагом:

«Один „Мессер“ начал пристраиваться в хвост самолёта Покликушкина. Но из этого ничего не вышло. Советский лётчик резко бросил свою машину в сторону, и немец на большой скорости пронёсся мимо. Покликушкин послал ему вслед несколько пушечно-пулемётных очередей. От метких ударов „Мессер“ загорелся и начал падать вниз...»

Когда с истребителями противника было покончено, на большой высоте показались немецкие бомбардировщики. Они летели на восток. Покликушкин атаковал головной «Юнкерс». От первого же пушечного удара «Юнкерс» дал большой крен и, упав на землю, взорвался на собственных бомбах.

Разбитая танковая колонна и 2 уничтоженных немецких самолёта... И всё это — за один боевой вылет!

Исход Сталинградской битвы вскоре был предрешён. За проявление массового героизма Краснознамённому полку 1-й Воздушной армии, в составе которого воевал Александр Покликушкин, было присвоено звание Гвардейского. Во время волжских боёв заместитель командира эскадрильи Александр Покликушкин записал на свой счёт ещё 5 сбитых самолётов противника и десятки уничтоженных с воздуха танков, дотов, батарей...

Где-то в пригородах трещали пулемётные и автоматные очереди. На набережных Дона, установленные в тени чудом уцелевших деревьев, ухали зенитные батареи. А на центральных улицах города уже гордо реяли красные флаги. Ростов был освобождён!

Среди чёрных, чуть дымящихся развалин, на ступеньках низенькой, на скорую руку вырытой землянки сидели, обнявшись, седая, сухонькая женщина и старший лейтенант авиации с орденом Ленина на груди. Мать и сын... По щекам старушки катились светлые слёзы.

Сколько долгих, томительных месяцев ждали они этой встречи! Как ревностно, с высоты своего полёта следил старший лейтенант за продвижением наших войск! И какой болью щемило его сердце, когда ему, лётчику-штурмовику, приходилось сбрасывать на Ростов, на объекты окопавшегося там врага смертоносный груз!..

О многом говорили они в этот вечер. Сын подробно пересказывал письма из дому от сестёр, поведал сельские новости. Только о смерти Николая он не сказал матери ни слова, упомянув лишь, что брат давно не пишет... Да и старушка тоже умолчала о том, что последним письмом, полученным ею как раз накануне оккупации, было письмо однополчан Николая, в котором говорилось, что её младший сын пал на поле боя смертью храбрых.

Когда над городом загорелся рассвет и вдалеке стихли последние залпы, Александр повёл мать на аэродром, чтобы с первым же транспортным самолётом отправить в Москву. А уж от Москвы до Гусь-Железного рукой подать... По дороге, чтобы отвлечь старушку от горестных дум, он шутил, рассказывал забавные приключения из воинской жизни. При этом он так увлекался, что порой забывал отдавать честь встречным офицерам. Впрочем, те сами, даже старшие по званию, первыми приветствовали его.

Мать удивилась:

— Они что, твои знакомые, что ль? Что они тебя так чествуют?

— Это не меня, — задумчиво ответил Александр. И коснулся рукой ордена Ленина — Это они награду мою приветствуют...

А вот ещё один боевой эпизод о котором рассказал однополчанин Александра Покликушкина, гвардии подполковник в отставке И. Е. Коваленко.

...Это случилось уже на Курской дуге. На счету Покликушкина к тому времени было уже более 600 боевых вылетов на У-2. Он стал воздушным разведчиком, хотя и летал на штурмовике Ил-2, который немцы звали «чёрной смертью». На большой высоте пройдя в глубокий тыл противника, Александр приземлялся где нибудь среди лесных полян и, переодевшись, пробирался в окрестные села. Там он с осторожностью добывал сведения о дислокации вражеских войск, а затем возвращался к своему самолёту и вновь взмывал в небо, доставляя командованию донесения исключительной ценности.

И вот однажды на этом участке фронта, сломив оборону противника, глубоко в прорыв вышла наша танковая колонна. Колонна двигалась по шоссе, и никто из танкистов не знал, что там впереди, возле самой железнодорожной насыпи, стоит в засаде тщательно замаскированная вражеская батарея — более 30 мощных пушек.

А в это время из очередного разведывательного полёта возвращался на свой аэродром Александр Покликушкин. С воздуха он сразу же засёк немецкую батарею и был поначалу даже удивлён, почему немцы не открывают по нему огонь. Но, заметив советские танки, догадался: противник пока просто не хочет обнаруживать себя, выжидает, чтобы танки вышли на цель... Надо было немедленно предупредить танкистов. Но как?!

Он связался по радио с аэродромом, доложил обстановку, назвал точные координаты вражеской батареи. «Сейчас же высылаем туда звено бомбардировщиков, — ответили ему. — А вы пока любой ценой попытайтесь задержать колонну!»

Он сделал один разворот над шоссе, потом другой, третий. Он кружил, покачивая крыльями своей послушной машины, опускаясь до бреющего полёта. Но танкисты так и не поняли его сигналов: колонна упрямо продолжала двигаться вперёд. От немецкой засады её отделяли уже считанные километры.

И тогда Александр пошёл на невероятное... Он решил приземлиться, хотя местность по обе стороны шоссе была явно непригодной для посадки — сплошь кустарники, пни, канавы... С предельной осторожностью, собрав нервы в кулак, он повёл свою машину к земле. И самолёт сел, сел на эту гибельную площадку!..

— Спасибо, браток! — только и смог сказать командир танкистов, потрясённый мужеством и мастерством лётчика.

Колонна остановилась и замерла. Решено было переждать, пока наши бомбардировщики не уничтожат вражескую засаду с воздуха. Танкисты плотным кольцом обступили самолёт Покликушкина. Его Ил-2 напоминал огромную птицу, попавшую в западню: нечего было и думать, что машина сможет отсюда снова подняться в воздух. На многие километры вокруг простирались только ямы, кочки, кусты, перелески...

— Ты уж прости, браток, что из-за нас стал тут на мёртвый якорь, — вновь заговорил командир головного танка. — Мы всё твоему начальству объясним, напишем рапорт...

— Что тут объяснять! — махнул рукой Александр. — Ты бы лучше отбуксировал меня танком на шоссе. Может, я оттуда и поднимусь...

Шоссе было разбитое, всё в колдобинах, к тому же слишком извилистое. И всё-таки Покликушкину удалось оторвать машину от земли. Самолет взлетел, хотя и потерял при этом шасси... Кое-как дотянув до аэродрома, Александр осторожно повёл свой «Ил» на посадку. Проявив высшее, невероятное мастерство пилотажа, он смог посадить самолёт на брюхо...

А в это самое время над танковой колонной проплывало звено краснозвёздных бомбардировщиков. Оно шло туда, к железнодорожному полотну, чтобы обрушить на вражескую засаду мощный шквал огня и смести немецкую батарею с лица земли. Путь танкам был открыт!

И снова почти каждый день вёл на вражеские позиции свой грозный Ил-2 лётчик Александр Покликушкин. Меткими ударами с воздуха он разрушал укрепления врага, превращал в груды рваного металла немецкую технику, расстреливал из пушек и пулемётов живую силу противника. Он бил немцев на Украине, в Белоруссии, в Польше. Рядом с орденом Ленина на грудь легли 3 ордена Красного Знамени, орден Александра Невского, ордена Отечественной войны двух степеней, медали... И, наконец, «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.

А между тем, омытая светлыми ливнями, несущая всё более и более радостные вести с фронта, на землю пришла весна 1945 года. В далеком мещерском селе Гусь-Железный из рук в руки переходила фотография строгого, мужественного капитана авиации с «Золотой Звездой» на груди. Рассматривая её, жители окраинной сельской улочки не могли скрыть своей законной гордости. Ещё бы! Более 10 лет не был Александр дома. Уезжал нескладным застенчивым парнем, а вернётся прославленным боевым командиром, в офицерском мундире, при всех регалиях... Ведь победа уже близка! Ждали сестры... Ждала мать... Ждала невеста...

Он погиб в самом конце войны — 18 марта 1945 года. Не сбылась мечта земляков увидеть мужественного, прославленного аса с полной грудью орденов и медалей. Для родного села, для своей соловьиной улочки Александр Покликушкин так и остался угловатым застенчивым парнем с голубыми добрыми глазами...

Здесь, как прежде, сгибаются от тяжести яблок сады, и цветут в палисадниках георгины, и заливаются по ночам соловьи. Она живёт своей негромкой будничной жизнью, эта окраинная сельская улица. Улица его имени.

Иногда на этой улице можно встретить уже немолодого сухощавого мужчину в промасленном комбинезоне. Это Николай Васильевич Покликушкин. Да, тот самый Колька! Он не погиб. Получивший в рукопашном бою жестокую контузию, прошедший сквозь все ужасы фашистского плена, он вернулся в родное село и стал работать слесарем в артели «12 лет Октября». Как самое святое, бережёт он вот уже почти полвека фотографии брата, его письма, его награды...

 

Егоров Павел Васильевич

egorov

Герой Советского Союза Егоров Павел Васильевич

Егоров Павел Васильевич — штурман 62-го штурмового Гродненского ордена Суворова авиационного полка (233-я штурмовая Ярцевская Краснознаменная ордена Суворова авиационная дивизия, 1-я Воздушная армия, 3-й Белорусский фронт), капитан.
Родился 29 июня 1914 года в городе Благовещенске Амурской области в семье рабочего каменоломни. Член КПСС.
В 1931 году окончил профессионально-техническую школу и поступил работать механиком в автопарк Средне-Бельского зерносовхоза Благовещенской МТС. Одновременно в период с 1935 по 1937 год обучался в Благовещенском аэроклубе. В период с 1938 по 1941 год работал пилотом-инструктором Амурского и Биробиджанского аэроклубов. В 1940 году был призван в ряды Красной Армии. После окончания военной школы летчиков, служил в войсках на Дальнем Востоке и Урале.
На фронтах Великой Отечественной войны с мая 1942 года. В боях проявил себя умелым, мужественным командиром и летчиком. Принимал активное участие по разгрому врага на Ржевском, Вяземском, Орловском, Ельнянском, Смоленско-Рославльском и Оршанско-Витебском направлениях.
1 августа 1942 года вылетел ведомым в составе группы Ил-2, произвел атаку артиллерийско-минометных позиций, танков и автомашин в районе деревни Клешнево и станции Есиповская. Группа, выйдя в район цели, атаковала автоколонну, в составе которой было до 40 автомашин и 10 танков. Было совершено три захода на цель. Бомбами, реактивными снарядами и пулеметно-пушечным огнем было уничтожено 8 автомашин, зажжено 3 танка и убито до 30 солдат и офицеров противника. Лично старший сержант П.В.Егоров прямым попаданием реактивного снаряда и бомбами зажег 1 танк и 2 автомашины. В третьем заходе на цель самолет был подбит зенитным снарядом. Несмотря на повреждение руля, фюзеляжа и левой плоскости летчик посадил машину на свой аэродром.
22 августа 1942 года вылетел заместителем ведущего в составе группы Ил-2 атаковать автоколонну и пехоту противника по дороге Дударевский на Старицу. Группа выполнила два захода на цель. Несмотря на сильный огонь зенитной артиллерии противника, было уничтожено 10 автомашин, 2 танка. Старший сержант П.В.Егоров в этом бою лично реактивными снарядами и пулеметно-пушечным огнем зажег 2 фургона и уничтожил 2 автомобиля. При выполнении третьего захода самолет старшего сержанта П.В.Егорова был атакован истребителями противника. Благодаря собственному умению и хладнокровию летчик привел самолет на свой аэродром.
2 сентября 1942 года вылетел заместителем ведущего в составе группы Ил-2 для атаки подходящих резервов автотранспорта и живой силы противника по дороге Сычевка-Хлепень. В результате трех заходов группой было уничтожено 6 автомашин, 10 подвод с грузом и солдатами, подожжен 1 танк.
3 сентября 1942 года вылетел ведомым в составе группы Ил-2. С бреющего полета двумя заходами группа произвела атаку аэродрома Двоевка и железнодорожного состава на станции Козловка. Было уничтожено 8 самолетов, взорваны 2 бензоцистерны. Лично старший сержант П.В.Егоров прямыми попаданиями бомб зажег 1 бензоцистерну и 2 самолета противника. В это же день в составе группы вылетел на штурмовку аэродрома в районе совхоза Дугино. В ходе атаки было уничтожено 9 самолетов на земле, 2 автоцисцерны, 3 автомашины с боеприпасами и 2 зенитных орудия. Лично старший сержант П.В.Егоров уничтожил 2 самолета и 2 автомашины с боеприпасами. Несмотря на полученные от зенитного огня противника повреждения привел самолет на свой аэродром.
5 сентября 1942 года вылетел ведомым в составе группы Ил-2 для нанесения атак по аэродрому Дедорово. В ходе атак было уничтожено и повреждено до 10 самолетов и наблюдались три сильных пожара.
В период с 24 ноября по 17 декабря 1942 года, выполняя специальные задания командования дивизии, вылетая с аэродрома Славцово, с целью разведки и уничтожения артиллерийско-минометных позиций и войск противника, произвел 10 успешных боевых вылетов, показывая образцы мужества и отваги. За свои действия был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени.
3 марта 1943 года в составе группы Ил-2 атаковал железнодорожный эшелон на участке Коровец, Ежов, Теренино. Совершил три захода, вывел из строя паровоз, создал взрыв большой силы и 5 очагов пожара, разрушил железнодорожное полотно в 3 местах. Без потерь привел свою группу на аэродром.
6 мая 1943 года под прикрытием истребителей Як-1 атаковал скопление матчасти самолетов и живой силы противника на аэродроме Шаталово (Смоленская область). Являясь ведущим группы, точно вывел свою шестерку на цель. Прямым попаданием бомб уничтожил 13 самолетов противника. Возникло 3 взрыва, а от прямого попадания зажигательных снарядов возник пожар бензоцистерны и загорелся 1 ангар. При развороте у самолета младшего лейтенанта П.В.Егорова была подбита левая плоскость и повреждена воздушная система. Преодолевая трудности в управлении самолетом, вышел на обратный курс и благополучно сел на свой аэродром. В этот же день во втором вылете точно вывел четверку штурмовиков на аэродром Боровское (Смоленская область). Прямым попаданием бомб и ракетных снарядов группа уничтожила 15 самолетов, пулеметно-пушечным огнем подавила 3 точки зенитных пулеметов противника. Во время налета группа была атакована семью истребителями Фокке-Вульф ФВ-190. Младший лейтенант П.В.Егоров спас от атаки двух вражеских истребителей самолет старшего лейтенанта Панфилова. Самолет младшего лейтенанта П.В.Егорова был поврежден, а воздушный стрелок ранен, но благодаря своим умелым действиям и действиям воздушного стрелка атака была отбита. Благополучно посадил самолет на свой аэродром, несмотря на пробитый фюзеляж, руль поворота, киль и бензобак.
14 мая 1943 года одиночным самолетом атаковал скопление автотранспорта и живой силы противника. Точно и скрытно выйдя на цель, накрыл противника бомбами и огнем из пушек и пулеметов. Совершил три захода и уничтожил 7 автомашин и до 20 солдат и офицеров противника, создал 2 очага пожара.
15 мая 1943 года при двукратной атаке железнодорожного эшелона противника на участке Нежода — Курносовка взорвал паровоз, зажег 2 вагона, осуществил взрыв. За свои действия был награжден орденом Красного Знамени.
13 июля 1943 года вылетел ведущим восьмерки Ил-2 на штурмовку переправ противника в районе Дурнево. Несмотря на сильное противодействие зенитной артиллерии противника, группа точно вышла на цель и уничтожила переправы.
14 июля 1943 года произвел боевой вылет ведущим в группе из трех Ил-2 на штурмовку танков и автомашин противника в районе Высокое, Фролово. Несмотря на мощное зенитное прикрытие, группа точно вышла на цель, применив противозенитный маневр. Было уничтожено до 10 танков, 8-10 автомашин, до взвода солдат и офицеров противника. Группа без потерь вернулась на свой аэродром.
egorov215 июля 1943 года вылетел ведущим в составе восьмерки Ил-2 на штурмовку скопления танков, автомашин и огневых точек противника в районе станции Новоселки. При подходе к цели, группа попала под сильный заградительный огонь зенитной артиллерии противника, также ее атаковали два Фокке-Вульф ФВ-190 и три Мессершмитт Ме-109. Атака истребителей было отбита штурмовиками совместно с самолетами прикрытия. Группа, выполняя команды старшего лейтенанта П.В.Егорова, произвела две атаки на цель. Было уничтожено и выведено из строя до 4 танков, 6-8 автомашин и 3 зенитных пулемета. Во второй атаке три штурмовика получили сильные повреждения, в том числе самолет старшего лейтенанта П.В.Егорова. Несмотря на это группа в полном составе вернулась на свой аэродром.
15 сентября 1943 года вылетел ведущим восьмерки Ил-2 на штурмовку узлов сопротивления в районе Верники. Район был прикрыт большим количеством зенитных средств. Применив противозенитный маневр, группа зашла с фланга и атаковала позиции противника. Было уничтожено и выведено из строя до 4 орудий полевой артиллерии, 3 орудия зенитной артиллерии и 20-25 солдат и офицеров. Самолет старшего лейтенанта П.В.Егорова был поврежден прямым попаданием зенитного снаряда. Несмотря на это группа в полном составе вернулась на свой аэродром.
17 сентября 1943 года вылетел ведущим на атаку артиллерийско-минометных батарей в районе Лябово, Корниевка. При подлете к цели группа попала под сильный огонь зенитной артиллерии противника. Применив маневр, штурмовики вышли из зоны огня и точно сбросили бомбы на позиции врага. Атакой было уничтожено и выведено из строя до 8 полевых орудий, 2 блиндажа и до 15-20 солдат и офицеров. На обратном пути группа пулеметно-пушечным огнем атаковала железнодорожный эшелон на участке Клоково, Глинка и вывела из строя до 4 вагонов. В полном составе штурмовики вернулись на свой аэродром.
19 сентября 1943 года вылетел ведущим одиннадцати Ил-2 на штурмовку железнодорожного эшелона на станции Починок. Несмотря на трудные метеоусловия и огонь зенитной артиллерии противника, точно вывел группу на цель и сходу произвел атаку. В этом бою группой было уничтожено и выведено из строя до 10-15 вагонов с военным грузом, разрушено железнодорожное полотно и уничтожено до 30-40 солдат и офицеров.
20 сентября 1943 года вылетел ведущим шестнадцати Ил-2 на уничтожение артиллерийско-минометных батарей в районе Бабиново, Ананьино, Толпики. При подходе к цели группа была обстреляна зенитной артиллерией противника. Умело маневрируя по направлению и высоте, группа несколькими атаками подавила до 6 батарей полевой артиллерии до 3 минометных батарей, было разрушено до 4 домов с огневыми точками. Группа без потерь вернулась на свой аэродром.
23 сентября 1943 года вылетел ведущим в паре с заместителем командира полка по политической части майором Русаковым на выполнение боевой задачи по разрушению железнодорожного моста через реку Лососина. Через это мост противник обеспечивал обеспечение своих сил на Оршанско-Витебском направлении. Несмотря на плохие метеоусловия и сильное прикрытие цели зенитной артиллерией, пара точно вышла на цель и атаковала ее, после чего были отмечены прямые попадания. Штурмовики, несмотря на большие повреждения, без потерь вернулись на свой аэродром. Всего к октябрю 1943 года старший лейтенант П.В.Егоров произвел 52 успешных боевых вылетов на штурмовку войск противника. За свои действия был награжден орденом Красного Знамени.
13 января 1944 года вылетел ведущим восьмерки Ил-2 на штурмовку железнодорожных эшелонов и разрушение железнодорожного полотна на участке Большие Кузмы, Добрино. Группа, под командованием капитана П.В.Егорова, используя метеообстановку, как средство маскировки, внезапно для противника вышла на цель и несмотря на ураганный огонь зенитной артиллерии, применив обходной маневр, нанесла сокрушительный удар по эшелону с военным грузом и живой силой. В результате атаки были уничтожены паровоз, до 20 вагонов с военным грузом, наблюдалось до 6 очагов пожаров, разрушено железнодорожное полотно в двух местах. После ухода от цели группа была атакована двумя Мессершмитт Ме-109. В ходе боя один из них был подбит капитаном П.В.Егоровым. После чего оба вражеских самолета ушли на свою территорию. Штурмовики без потерь вернулись на свой аэродром.
9 февраля 1944 года вылетел ведущим восемнадцати Ил-2 для нанесения штурмового удара по артиллерии, танкам и живой силе противника на участке Летоки, Тихоняты, Старинки, где готовилось крупное контрнаступление врага на Оршанско-Витебском направлении. В результате атаки было сожжено до 5 и повреждено до 6-ти танков, уничтожено до 4 орудий полевой артиллерии и до 20-25 солдат и офицеров. Своими умелыми и решительными действиями группа сорвала контратаку противника.
12 февраля 1944 года вылетел ведущим восемнадцати Ил-2 для уничтожения артиллерийско-минометных батарей и живой силы противника в районе Оленино, совхоза Сосновка, Жуки. Несмотря на сильный огонь зенитной артиллерии противника, группа точно выла на цель и нанесла сокрушительный удар. В результате действий штурмовиков наши войска наши войск овладели сильно укрепленными опорными пунктами и полностью очистили от врага восточный берег реки Лучеса (Белоруссия). Группа в полном составе вернулась на свой аэродром.
К маю 1944 года капитан П.В.Егоров всего совершил 83 успешных боевых вылета. Лично уничтожил 8 самолетов на аэродромах противника, до 14 танков, до 50 автомашин, до 20 полевых орудий, до 15 орудий зенитной артиллерии, до 16 железнодорожных вагонов, 1 железнодорожный мост, 5 домов с огневыми точками, склад с боеприпасами и 270 солдат и офицеров противника.
К июлю 1944 года капитан П.В.Егоров всего совершил 98 успешных боевых вылета. Был представлен к присвоению звания «Герой Советского Союза».
29 сентября 1944 года выполнил особо важное задание командования — вылетел ведущим группы из сорока семи Ил-2 для нанесения штурмового удара по танкосборочным мастерским противника. Несмотря на сильное противодействие зенитной артиллерии, задание было выполнено успешно.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 октября 1944 года за отличное выполнение боевых заданий на фронте борьбы с немецкими захватчиками, за героизм и отвагу в бою, за четкую организацию боевой работы капитану Егорову Павлу Васильевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина (№21050) и медали «Золотая Звезда» (№4859).
Всего за годы войны совершил 149 успешных боевых вылетов. Подвиги П.В.Егорова отмечены 24 благодарностями Верховного Главнокомандующего.
После войны занимал командные должности в Военно-Воздушных Силах Северной группы войск и Дальневосточного военного округа. В августе 1959 года в звании подполковника был уволен в запас и переехал в город Ангарск Иркутской области, где работал в составе военного представительства по приемке продукции нефтехимического комбината.
Умер 9 марта 1989 года. Похоронен в Ангарске Иркутской области.
Награждён орденом Ленина (26.10.1944), 2 орденами Красного Знамени (8.07.1943, 26.10.1943), орденами Суворова 3-й степени (6.06.1945), Александра Невского, Отечественной войны 1-й (11.03.1985) и 2-й (27.01.1943) степени, Красной Звезды, медалями, а также медалями иностранных государств, в том числе медалью «За Одер, Ниссу и Балтику» (Польша).
28 августа 2005 года решением администрации города Ангарска имя П.В. Егорова присвоено переулку, где он жил. На его доме установлена мемориальная доска.

*   *   *

НОЧНОЙ БОМБАРДИРОВЩИК
Перед отправкой в полк Павел забежал в роддом посмотреть сына.
— Нельзя, — строго сказала сестра.
— Я в часть уезжаю. Хоть глазком взглянуть бы на мальца.
— Не положено, — отрезала сестра.
Жена поднесла сына к окну, показывала его со второго этажа. Да разве через стекла разглядишь? «Ладно, — решил Павел, — представлюсь начальству и вернусь назад».
Но едва добрался он до части, как авиационный полк, куда его направили, получил приказ перебазироваться на запад. И уехал Павел Егоров с Амура в дальние края защищать Родину от фашистов, так и не повидав сына. Уехал на несколько лет, чтобы вернуться на родную амурскую землю прославленным асом, Героем Советского Союза.
...Весной 1943 года советское командование решило провести операции по уничтожению авиации противника на аэродромах. Удары наносились одновременно по 17 немецким аэродромам. Участие в этих важных операциях принимал и штурман полка капитан Павел Егоров.
Первые дни мая выдались на редкость солнечными. В ясном голубом небе ни облачка. Поле аэродрома поросло молодой зеленой травой. У опушки соснового бора стоят укрытые зелеными ветвями штурмовики Ил-2. На востоке занимается заря. К вылету все готово: заряжены пушки, подвешены реактивные снаряды, самолеты заправлены горючим, летчики в кабинах ждут сигнала.
Наконец в утренней тишине со стороны леса послышался гул моторов. «Идут, — подумал Егоров. — Можно запускать». Гул нарастал. Минута, вторая — и над аэродромом пронеслось пять краснозвездных «яков». Это пришло прикрытие. Взвилась зеленая ракета.
Первым взлетает Егоров — ведущий группы. Рывок, короткий разбег, земля быстро уходит вниз. Павел передает на командный пункт: «Группа в сборе и легла на заданный курс».
Отчетливо просматривается земля. Под крылом — места, где еще недавно шли бои. На дорогах — груды исковерканных танков, орудий, машин.
Штурмовики идут на малой высоте, пятнадцать минут полета — и линия фронта. Егоров оглядывается назад. Там в боевом порядке идет его шестерка, а за ней — прикрытие, звено истребителей. Линия фронта пройдена благополучно. Скоро цель.
Аэродром Шаталово окружен лесом. По данным разведки, прямо к нему ведет просека. Не зря же в полку говорят: покажи Егорову точку на карте, и он найдет ее с воздуха. Правда, сейчас тяжело: полет на малой высоте не позволяет использовать местные ориентиры. Поэтому все внимание приборам.
Вот и просека. Самолеты идут совсем низко. Верхушки деревьев на уровне кабины.
— Приготовиться! Подходим к цели! — командует Егоров по радио. Нелегко с бреющего полета взмыть в высоту и сразу же отыскать цель. Это большое искусство. Но ведь группу ведет сам штурман полка.
Подход к цели был произведен настолько внезапно, что зенитки противника не сделали ни одного выстрела, а немцы, находившиеся возле самолетов, не успели спрятаться в укрытия.
Штурмовики сделали второй заход. По аэродрому медленно ползли черные клубы дыма — горели «юнкерсы», «мессершмиты», постройки.
Заговорили вражеские зенитки. Около самолета повисли шапки разрывов — слева, справа, кругом. Но штурмовики уже выходят из зоны зенитного обстрела. Совместно с истребителями прикрытия готовы отразить атаку «мессершмитов».
Егоров дает команду стать в оборонительный круг. Используя численное превосходство, противник прорывается сквозь прикрытие истребителей. В воздухе стоит гул моторов, трещат короткие пулеметные очереди. Два десятка самолетов, стараясь уничтожить друг друга, крутят карусель.
«Надо уходить на свою территорию. К противнику может подойти подкрепление», — думает Егоров и начинает вытягивать круг в эллипс. Постепенно бой перемещается на восток, ближе к линии фронта.
Егоров видит справа яркое пламя. В шлемофоне раздается голос стрелка-радиста:
— Командир, один горит: истребители подожгли!
Самолет противника, объятый огнем и дымом, врезался в землю. Вскоре, теряя высоту, из боя вышел другой «мессершмит». Остальные, не выдержав напряжения, ушли. Небо стало чистым.
Все штурмовики возвратились на аэродром. Но в этот же день командир полка вторично вызвал к себе капитана Егорова и, показывая на синий самолетик на карте, сказал:
— Это аэродром Боровское. Противник сконцентрировал на нем до 70 машин. Задача — произвести штурмовку.
Через полчаса четверка «илов» взмыла в воздух. На этот раз гитлеровцы встретили их ураганным заградительным огнем зенитных установок. Истребители сопровождения были рассеяны и потеряли группу штурмовиков.
Несмотря на ожесточенный огонь, штурмовики пробились в район аэродрома. Удар «илов» был быстрым и точным.
— Товарищ командир, сверху слева семь немецких истребителей... «Фоккевульфы» бросились в атаку. Два из них начали заходить в хвост старшему лейтенанту Панфилову. Егоров сделал резкий разворот и дал очередь. Истребители отвалили в сторону. Спасая товарища, сам Егоров отстал и оказался сзади боевого порядка. Фашисты насели, но стрелок отражал все их атаки, пока не кончились патроны.
Самолет резко бросило в сторону. Из пробитого бензобака потекло горючее. Что делать? Бросать самолет? Но ведь стрелок ранен, да и под плоскостями территория противника. Нет, надо дотянуть!
Прилагая все свое умение, напрягая всю свою волю, летчик старается удержать машину в горизонтальном полете. Впереди город, охраняемый десятками вражеских зениток! Пройти над городом на подбитой машине можно только на бреющем полете. И, снизившись до предела, Егоров повел машину над крышами городских строений.
Исковерканный снарядами, почти неуправляемый Ил-2 все же сел на свой аэродром.
А потом были еще и еще боевые вылеты. В 1944 году летчикам поручили уничтожить немецкий танкосборочный завод. Для выполнения этой задачи выделялись три полка штурмовиков и три полка истребителей. Вести эту воздушную армаду поручили Егорову. Защищен завод был сильно. Но летчики пробились сквозь заградительный огонь врага. От завода остались одни руины.
После этого полета Павел Егоров был представлен к званию Героя Советского Союза.
...Только после войны вернулся Павел Васильевич Егоров с Золотой Звездой на груди в Благовещенск, где он родился, учился, работал до армии. Только тогда он наконец увидел своего сына.
И еще много лет поднимал ас самолеты в небо уже над дальневосточной землей.

Рязанов Василий Георгиевич

ryazanov

Дважды Герой Советского Союза Рязанов Василий Георгиевич

Рязанов Василий Георгиевич – командир 1-го штурмового авиационного корпуса (5-я воздушная армия, Степной фронт), генерал-лейтенант авиации; командир 1-го гвардейского штурмового авиационного корпуса (2-я воздушная армия, 1-й Украинский фронт), гвардии генерал-лейтенант авиации.
Родился 12 (25) января 1901 года в селе Большое Козино (ныне – посёлок городского типа Балахнинского района Нижегородской области). В 1914 году окончил 5 классов сельской школы, в 1916 году – 4 класса высшего начального училища в городе Балахна. Служил на почте при железнодорожной станции Рузаевка, в 1917 году – на почте в посёлке Сормово (ныне — в черте Нижнего Новгорода). В 1918 году работал на заводе «Красное Сормово», затем – инструктором Балахнинского внешкольного уездного отдела народного образования.
В армии с мая 1920 года. До 1921 года – лектор-агитатор в Нижегородском губернском военном комиссариате. В 1922 году окончил рабфак при Московском государственном университете, в 1924 году – Коммунистический университет имени Я.М.Свердлова. До 1925 года был инструктором политотдела стрелковой дивизии в Московском военном округе.
В 1926 году окончил Борисоглебскую военную авиационную школу лётчиков, в 1927 году – Серпуховскую высшую школу воздушной стрельбы и бомбометания. Был на лётно-инструкторской работе в: Ленинградской военной авиационной школе лётчиков-наблюдателей (1927—1928), Оренбургской военной авиационной школе лётчиков (1928—1929), Ленинградской военно-теоретической школе ВВС (1929—1930), Одесской военной авиационной школе лётчиков (1930—1931), Московской школе спецслужб (1931—1933). В 1930 году окончил Курсы усовершенствования начальствующего состава при Военно-воздушной академии имени Н.Е.Жуковского, в 1935 году – её оперативный факультет. Был командиром авиационной бригады Военно-воздушной академии имени Н.Е.Жуковского.
С 1936 года командовал 44-й авиабригадой (в Сибирском военном округе). В апреле 1938 года полковник Рязанов В.Г. был незаконно репрессирован и уволен из армии. В сентябре 1939 года восстановлен в армии. Был на преподавательской работе в Военно-воздушной академии имени Н.Е.Жуковского.
Участник советско-финляндской войны 1939—1940 годов. С марта 1940 года – преподаватель тактики ВВС, затем начальник учебного отдела Военно-воздушной академии командного и штурманского состава ВВС РККА (Монино).
Участник Великой Отечественной войны: в июне-августе 1941 – заместитель командующего ВВС 5-й армии (Юго-Западный фронт), в августе-декабре 1941 – начальник группы контроля Управления ВВС Юго-Западного фронта, в декабре 1941 – марте 1942 – командир 76-й смешанной авиационной дивизии (Южный фронт), в апреле-июле 1942 – командир манёвренной авиагруппы Юго-Западного фронта, в июле 1942 – командующий 2-й истребительной авиационной армией Резерва Верховного Главнокомандования. Участвовал в оборонительных боях на Украине и обороне Сталинграда. Генерал-майор авиации (27.03.1942).
С сентября 1942 – командир 1-го (с февраля 1944 – 1-го гвардейского) штурмового авиационного корпуса. Воевал на Калининском, Северо-Западном, Воронежском, Степном и 2-м Украинском фронтах. Части корпуса под его командованием участвовали в Великолукской операции, Курской битве, Белгородско-Харьковской операции. Освобождении Левобережной Украины, Кировоградской и Корсунь-Шевченковской операциях.
За высокое мастерство в управлении частями корпуса в боях, умелую организацию взаимодействия с наземными войсками при форсировании Днепра и личный героизм генерал-лейтенанту авиации Рязанову Василию Георгиевичу Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1944 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
В составе 1-го Украинского фронта части корпуса под его командованием участвовали в Уманско-Ботошанской, Львовско-Сандомирской, Сандомирско-Силезской, Берлинской и Пражской операциях.
За отличия в боях на рубеже реки Висла и при разгроме ченстоховско-радомской группировки противника гвардии генерал-лейтенант авиации Рязанов Василий Георгиевич Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июня 1945 года награждён второй медалью «Золотая Звезда».
После войны продолжал командовать корпусом (в Центральной группе войск, Австрия). В феврале 1947 – апреле 1949 командовал 14-й воздушной армией (Прикарпатский военный округ). С апреля 1949 командовал 69-й воздушной армией (Киевский военный округ).
Избирался депутатом Верховного Совета УССР, кандидатом в члены Центрального комитета Коммунистической партии Украины.
Жил в городе Киев (Украина). Умер 8 июля 1951 года. Похоронен на Лукьяновском военном кладбище в Киеве.
Генерал-лейтенант авиации (17.03.1943). Награждён 2 орденами Ленина (22.02.1944; 1945), 3 орденами Красного Знамени (02.1943; 3.11.1944; 15.11.1950), орденами Богдана Хмельницкого 1-й степени (1944), Суворова 2-й степени (27.08.1943), Красной Звезды (29.12.1941), медалями, иностранными наградами.
В посёлке Большое Козино установлены бронзовый бюст В.Г.Рязанова и мемориальная доска на доме, в котором он родился и жил. Его имя носит школа посёлка, в которой создан музей В.Г.Рязанова. Именем Героя названы также средняя школа в Киеве и улицы в посёлке Большое Козино и городе Балахна. В городе Нижний Новгород, на территории нижегородского кремля, установлена стела и мемориальная доска.

*   *   *

ryazanov3Великая Отечественная война застала В.Г. Рязанова в Москве. Он руководил факультетом в Военно-воздушной академии. В первый день войны подал рапорт с просьбой отправить его в действующую армию. 28 июня 1941 года полковник В.Г. Рязанов получил назначение на Юго-Западный фронт заместителем командующего авиацией 5-й армии.
В конце 1941 года на Южном фронте, командуя 76-й штурмовой авиационной дивизией, он участвовал в Ростовской наступательной операции. После зимнего контрнаступления Красной Армии под Москвой, когда фашистские войска были отброшены на сотни километров, появилась надежда на скорую победу.
В мае 1942 года генерал-майор авиации В.Г. Рязанов — командующий маневренной авиационной группой Юго-Западного направления. Задуманное командованием наступление с целью разгрома харьковской группировки противника и освобождения Харькова обернулось для наших войск трагическими последствиями — окружением войск в Барвенковском выступе.
Вскоре В.Г. Рязанова отозвали с фронта в Москву. Его принял командующий Военно-воздушными силами и заместитель наркома обороны генерал-лейтенант авиации А.А.Новиков.
Он объяснил В.Г. Рязанову причину вызова: принято решение о создании воздушных и авиационных армий и однородных авиационных дивизий и армий вместо существовавших до этого Военно-воздушных сил фронтов. В.Г. Рязанов с 1 июля 1942 года был назначен командующим 2-й истребительной авиационной армией и немедленно приступил к её формированию.
Но выполнить до конца этот приказ В.Г. Рязанов не успел. Его армия в ходе формирования была разделена на две группы по две авиационные дивизии, которыми 27 июля 1942 года были усилены соответственно 1-я и 3-я воздушные армии. К этому времени практика боевых действий показала нецелесообразность иметь в составе одного фронта воздушную и авиационную армии.
В конце августа 1942 года началось формирование авиационных корпусов резерва Верховного Главнокомандования, которыми при необходимости усиливались воздушные армии в важнейших операциях. 10 сентября 1942 года В.Г. Рязанову поручили на базе формируемой авиационной армии сформировать и возглавить 1-й штурмовой авиационный корпус. Ему предстояло командовать «летающими танками» — так назвали фронтовики самолёты-штурмовики конструктора Ильюшина.
Формирование 1-го штурмового авиационного корпуса проходило в Москве. На подмосковные аэродромы слетались полки, входящие в две штурмовые авиационные дивизии корпуса. Несмотря на сжатый срок подготовки, генерал В.Г. Рязанов умело сколотил руководящий состав подчинённых частей, организовал обучение молодых лётчиков-штурмовиков на Ил-2, а лётчиков-истребителей на Як-1.
Когда формирование корпуса было закончено, генерала В.Г. Рязанова вызвал Верховный Главнокомандующий и поставил перед ним задачу — выработать тактику массированного применения штурмовой авиации.
Свой боевой путь корпус начал в октябре 1942 года на Калининском фронте, разместившись в лесисто-болотистом районе неподалеку от Андриаполя. Осенняя слякоть ещё более ухудшила дороги и полевые аэродромы этого трудного театра военных действий. Несмотря на скверную погоду, снежную пургу и низкую облачность, лётчики В.Г. Рязанова поддержали наступление войск Калининского фронта, помогли прорвать сильно укрепленную оборону противника и нанести ему крупное поражение.
17 марта 1943 года В.Г. Рязанову присвоили очередное воинское звание — генерал-лейтенант авиации. Через день после этого Ставка приняла решение перебросить корпус В.Г. Рязанова на Воронежский фронт в оперативное подчинение 2-й воздушной армии.
В июне 1943 года в состав корпуса В.Г. Рязанова вошла 203-я истребительная авиационная дивизия. Большой опыт борьбы с танками и механизированными частями врага, накопленный штурмовиками, особенно пригодился в боевых действиях на Курской дуге, начавшихся в июле 1943 года.
Части корпуса вели напряжённую боевую работу по отражению наступления противника на белгородском направлении. Утром 7 июля 1943 года в районе Белгорода на группу фашистских танков — их было не меньше сотни — обрушились наши штурмовики. Эффект их действий был невиданный.
При первой же атаке одна группа штурмовиков подбила и сожгла около 20 танков. Одновременно другая группа обрушилась на отдыхавший в автомашинах мотострелковый батальон. На головы захватчиков градом посыпались бомбы мелкого калибра и снаряды. Было сожжено 90 автомашин и убито 120 человек.
В тот день наши механизированные войска, поддержанные двумя сосредоточенными ударами восьмидесяти штурмовиков корпуса генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова, успешно отразили атаку четырёх танковых дивизий противника из района Сырцово, Яковлево в направлении на Красную Дубровку и Большие Маячки. После сосредоточенных ударов штурмовики непрерывно действовали небольшими группами, уничтожая танки и мотопехоту противника. В результате совместных усилий на поле боя осталось свыше двухсот горящих вражеских танков.
Под командованием генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова штурмовики-гвардейцы действовали исключительно дерзко и смело. Как смерч, обрушивались они на танки и пехоту противника, скопление автомашин. На Курском плацдарме лётчики впервые применили противотанковые бомбы (ПТБ). Каждый самолёт Ил-2 брал на борт 312 таких бомб. Сокрушительные атаки штурмовиков наводили ужас на гитлеровцев.
За отличное руководство боевыми частями Военный совет Воронежского фронта вынес благодарность генерал-лейтенанту В.Г. Рязанову и всему личному составу авиационного корпуса, участвовавшему в разгроме наступавших бронетанковых сил противника.
19 июля 1943 года авиационный корпус был переподчинен Степному фронту, который находился в период оборонительных боёв в резерве Ставки Верховного Главнокомандования, а затем начал контрнаступление.
Имея большой опыт командования крупными авиационными соединениями, генерал-лейтенант В.Г. Рязанов отлично организовал работу по взаимодействию с наземными войсками и управлению боевыми действиями авиации на поле боя. Он ещё до Курской битвы взял себе за правило находиться на переднем крае линии фронта вместе с общевойсковым командиром. Отсюда он направлял штурмовики, и их удары были исключительно эффективны и заслуженно вызывали восторг и благодарность наземных войск. От метких ударов штурмовиков горели бронированные «тигры», «пантеры», «фердинанды».
Развивая успех, войска Степного фронта стремительно продвигались на запад, к Днепру. Авиационный корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова освобождал Красноград, Полтаву, Кременчуг, который гитлеровцы пытались удержать в своих руках как предмостное укрепление на берегах Днепра. Преодолевая яростное сопротивление гитлеровцев, передовые части фронта 21 сентября 1943 года вышли к Днепру.
Правый берег реки высотой восемьдесят метров был серьезной естественной преградой, а имея мощные укрепления, становился, по мнению гитлеровских генералов, называвших этот рубеж обороны «Восточным валом», непреодолимым для советских войск. Но надежды врага на позиционную оборону не осуществились. Наши войска в первую же ночь с ходу форсировали широкую преграду. Началась борьба за овладение плацдармами.
Действуя в составе 5-й воздушной армии, 1-й штурмовой авиационный корпус сыграл решающую роль при удержании плацдармов. Генерал-лейтенант В.Г. Рязанов, находясь на передовой позиции, с командного пункта стрелкового полка по радио указывал цели штурмовикам, сосредоточивая огневую мощь на наиболее важных участках. «Илы» беспрерывно обрушивали на контрнаступающие войска противника реактивные снаряды, бомбы и пушечно-пулемётный огонь.
В боях на Правобережной Украине корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова активно поддерживает наступающие войска 2-го Украинского фронта при освобождении Знаменки и Кировограда. Корпус получил почетное наименование Кировоградский, а его три отличившиеся авиационные дивизии стали именоваться Красноградской, Полтавской, Знаменской. 5 февраля 1944 года корпус стал 1-м гвардейским.
В июле 1944 года корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова в составе войск 1-го Украинского фронта участвовал в наступательной операции на львовском направлении. Враг имел здесь глубоко эшелонированную долговременную оборону, и для ее прорыва широкое применение получило массированное использование авиации.
2-я воздушная армия к началу операции имела девять корпусов и три отдельные авиационные дивизии. Только в первом массированном ударе в первый день наступления участвовало около 1300 бомбардировщиков, штурмовиков и истребителей. В тот же день 14 июля 1944 года во втором массированном ударе по резервам противника участвовало более 1400 самолётов.
На следующий день в тяжелом положении оказались части нашей 38-й армии на центральном участке наступления. Её контратаковала крупная группировка вражеских танков. Критическое положение спасла авиация. Массированный удар по танковой группировке противника продолжался четыре часа. В тот день немалый урон врагу нанесли и штурмовики 1-го гвардейского корпуса.
16 июля 1944 года южнее пункта Колтув оборона противника была прорвана на глубину 18 километров и 4-6 километров в ширину. На флангах прорыва с севера и юга нависали крупные группировки немецких войск. Вот в этот Колтувский коридор и была введена 3-я гвардейская танковая армия генерала П.С.Рыбалко.
Лётчики 1-го гвардейского и 8-го штурмовых авиационных корпусов, а также 10-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии прикрывали танкистов. Эшелонированными действиями они уничтожали противника на флангах участка прорыва и на маршрутах движения гвардейцев-танкистов.
Генерал-лейтенант В.Г. Рязанов с оперативной группой и двумя радиостанциями находился в самом узком месте Колтувского коридора, у деревни Нуще. Отсюда хорошо просматривалась местность, и он по радио наводил эскадрильи штурмовиков на важнейшие объекты, представлявшие угрозу нашим танкистам.
Вслед за 3-й гвардейской танковой армией в сражение была введена и 4-я танковая армия генерала Д.Д. Лелюшенко. 18 июля 1944 года танкисты соединились с наступавшей севернее конно-механизированной группой, окружив в районе города Броды восемь вражеских дивизий, и совместно с авиацией к исходу 22 июля 1944 года уничтожили их.
27 июля 1944 года наши войска освободили Львов. Немецкая группа армий «Северная Украина» потерпела тяжёлое поражение. Остатки разбитых дивизий отступали к Висле и Карпатам.
Вместе с передовыми частями фронта корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова в последние дни июля 1944 года вышел к Висле. Он прикрывал войска при форсировании реки и на западном берегу, когда южнее Сандомира части 13-й армии генерала Н.П.Пухова и 1-й гвардейской танковой армии генерала М.Е.Катукова, а севернее — части 3-й гвардейской армии генерала В.Н. Гордова захватили плацдармы небольших размеров.
Фашисты стремились во что бы то ни стало ликвидировать плацдармы. Только беспрерывные атаки штурмовиков сдерживали натиск фашистских танков. Изо дня в день они «утюжили» танковые группы, но, не считаясь с потерями, гитлеровцы пытались сбросить наши войска в реку.
В этот напряженный период боёв на западном берегу Вислы маршал И.С. Конев решил создать ударную группу из четырех авиационных корпусов под командованием генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова. Группа В.Г. Рязанова выполнила боевую задачу. Позднее командующий 1-м Украинским фронтом маршал И.С. Конев скажет, что Сандомирский плацдарм отстояла авиация.
Бои за расширение плацдарма продолжались до января 1945 года. Личный состав корпуса В.Г. Рязанова проявил отвагу и геройство по уничтожению окруженной группировки противника северо-западнее Сандомира и ченстоховско-радомской группировки. Части корпуса оказали эффективную помощь наземным войскам в овладении рядом крупных опорных пунктов врага на южной территории Польши и Верхней Силезии.
Лётная работа проводилась в исключительно сложных метеорологических условиях, и всё это время В.Г. Рязанов лично руководил штурмовиками на поле боя. 15 февраля 1945 года корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова наградили орденом Суворова 2-й степени. В эти дни он вёл боевую работу уже на территории Германии, на западном берегу Одера в районе осажденного города Бреслау. Вскоре передовые части фронта вышли к реке Нейсе.
Отсюда 16 апреля 1945 года, после мощной артиллерийской подготовки, войска 1-го Украинского фронта перешли в наступление. Началась битва за Берлин. Корпус В.Г. Рязанова содействовал пехоте с танками в форсировании Нейсе. Перед началом наступления штурмовики поставили дымовую завесу на направлении главного удара фронта.
В районе Кебельн, Ёмлитц, Мускау при прорыве первой полосы обороны 5-я гвардейская армия генерала А.С. Жадова приостановила продвижение под сильным артиллерийским обстрелом противника. В.Г. Рязанов направил туда 100 штурмовиков под прикрытием 65 истребителей и после их работы на месте артиллерийских батарей остались искореженный металл и трупы вражеских солдат. Наши войска устремились вперёд и захватили опорные пункты.
Днем 17 апреля 1945 года в сражение были введены танковые армии П.С. Рыбалко и Д.Д. Лелюшенко. Прикрывая танкистов, корпус В.Г. Рязанова непрерывными ударами уничтожал огневые средства, контратакующие танки и войска противника. Танковые армии с ходу форсировали Шпрее, прорвали третью полосу обороны и начали стремительное продвижение на Берлин с задачей окружить берлинскую группировку.
21 апреля 1945 года они вышли на окраины Берлина, а 25 апреля, совместно с общевойсковыми армиями, окружили две изолированные друг от друга группировки противника — в Берлине и юго-восточнее его, получившей название франкфуртско-губенской группировки. Она стремилась прорваться на запад, откуда ей на помощь спешила 12-я немецкая армия. Преградить ей путь, не дать прорваться в район посёлка Беелитц и было поручено В.Г. Рязанову и Д.Д. Лелюшенко.
Они находились на одном командном пункте на узкой полосе земли, которая отделяла окруженную вражескую группировку от армии Венка. 30 апреля 1945 года между ними было всего три-четыре километра. Но преодолеть их фашисты так и не смогли. Генерал-лейтенант В.Г. Рязанов, как обычно, спокойным и уверенным голосом вызывал на поле боя штурмовики, которые непрерывными атаками уничтожали контратакующие войска.
ryazanov2Только 29 апреля 1945 года штурмовики произвели 400 самолётовылетов. Надежная поддержка с воздуха помогла нашим танкистам отразить все контратаки. 12-я армия так и не смогла прорваться на помощь окруженным. 1 мая 1945 года франкфуртско-губенская группировка была полностью разгромлена.
Гвардейцы-истребители из 2-й воздушной армии в тот день сбросили на парашютах над рейхстагом красное полотнище с надписью «Победа». За самоотверженную боевую работу при штурме столицы третьего рейха корпус генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова наградили орденом Кутузова 2-й степени и присвоили почетное наименование — Берлинский.
Лётчики корпуса генерал-лейтенанта В.Г. Рязанова за годы войны совершили более 58 тысяч боевых вылетов, уничтожили 3770 танков, 21200 автомашин, 633 батареи полевой артиллерии, 94 зенитных батареи, 54 железно­дорожных эшелона, 400 разных складов, 1166 самолётов противника и много другой военной техники.
Лётчики-штурмовики уничтожали самолёты не только на земле, во время штурмовок вражеских аэродромов. В совершенстве владея «Илом», они смело вступали в воздушные схватки с противником и выходили победителями. Многие тысячи гитлеровцев уничтожили штурмовики и лётчики-истребители на боевом пути прославленного соединения.